реклама на BILLIARD-ONLINE

Сергей Горбовец

РЕВАНШ
 

Ильяс - Азарт

    Ильяс, в бильярдном миру более известный под прозвищем "Азарт", открыл глаза, постепенно переходя от ночного небытия в реальную действительность. По отблескам света уличных фонарей на стене комнаты трудно было определить, что сейчас - утро или вечер. Судя по непрерывному шуму автомобилей, проникающему сквозь окна, было утро. Он неторопливо поднялся с постели. Несколькими гимнастическими упражнениями собрал себя по кускам. Тело, почувствовав присутствие на местах всех необходимых для дальнейшего существования органов, принялось за свою обычную работу. После контрастного душа и чашки крепкого кофе Ильяс полностью вернулся к жизни, но не настолько, чтобы сразу бросаться в омут дел.
    Собственно, не было ничего такого срочного, чтобы прямо сейчас бежать сломя голову. Третий день он сидел дома, даже не отвечая на телефонные звонки. Не было ни какого желания выслушивать советы и соболезнования друзей и знакомых, до которых, несомненно, уже дошел слух о его проигрыше. Сидя на кухне, он равнодушно смотрел через окно на оживленную улицу - самое подходящее занятие, для отсрочки решения неприятностей, авось волна невезения перекатится через тебя и рассыплется в брызги.
    Первый поток рабочего люда, упрямо трамбующегося в городской транспорт, уже ослабел. Теперь пошла вторая волна - работники учреждений, НИИ, банков. Казалось, что люди были одержимы одной единственной страстью - ни в коем случае не опоздать на работу. Ради этого они расплачивались пуговицами, испачканной обувью, сломанными зонтиками, нервами. У одного одержимого при штурме троллейбуса сбили с головы шляпу. Так он и уехал без шляпы, которая шмякнулась на мокрый асфальт и приклеилась к нему. Какой-то бомж поднял ее, повертел, насунул на голову поверх вязаной шапочки и, удовлетворенный неожиданным подарком, скрылся в ближайшем подъезде. Это так развеселило Ильяса, что ему даже захотелось позвонить кому-нибудь из друзей и пообщаться. Но, взглянув на телефон, он опять вернулся к своим мыслям. Кофе и выкуренные подряд три сигареты оставили после себя неприятную горечь во рту. На душе было гадко. Его депрессивное состояние полностью сочеталось с пасмурной погодой и мелким дождем, щедро поливающим одержимых.
    Настроение у него было испорчено так, словно все его жизненные планы, столь тщательно подготовленные и разработанные, полетели к чертям собачьим. Можно было бы накачаться спиртным. Бар у него в комнате никогда не пустовал. Бутылки со всевозможными напитками всегда были готовы гостеприимно встретить заглянувшего вовнутрь бара. Они заискивали перед желающими выпить, соблазнительно поблескивая под электрическим светом своими яркими этикетками и содержимым. Говорят, что после частого и регулярного сближения с ними легче пережить неприятности - все беды сразу отодвигаются на задний план и горизонт становится чистым и безоблачным.
    Но Азарт, хотя и не был законченным трезвенником, такой метод лечения психики и душевного расстройства категорически отвергал. Предпочитал выпить в веселой, свободной обстановке. Слишком хорошо он знал многих игроков, которые прикладывались к рюмке после игры и закончили тем, что стали прикладываться уже к горлышку, даже во время игры. Все они остались где-то там позади в винном тумане, откуда редко кто возвращается, а в памяти друзей стирались в пыль.
    Третий день уже, как он сидел дома, закрывшись на замок. Ильяс переживал свой недавний проигрыш. Мысль о том, что он попался, как карась на крючок, приводила его в угнетенное состояние. Ему стыдно было показаться в бильярдной. Но и сидеть взаперти уже не было сил. "Пора с этим кончать, - подумал он, - Чем раньше я покажусь на глаза приятелям, тем быстрее закончатся мои мучения и мое добровольное затворничество".
    В принципе Азарт был человеком общительным. Целый рой друзей и подруг окружали его. Поэтому трёхдневное заточение ему надоело уже до чёртиков.
    - Одиночество хорошая штука, - сказал он вслух, - но его нельзя принимать, как и алкоголь, лошадиными дозами. Итак, возрождаемся и возвращаемся на свет из тьмы гнетущей!
    Вернувшийся к нему назад его привычный оптимизм возбудил в нем аппетит. Не долго размышляя над выбором меню, Азарт достал из холодильника два яйца, молоко и масло. Поставил сковородку на огонь. Взбил яйца с молоком и вылил смесь на горячую сковородку. Та недовольно зашипела, но потом успокоилась и начала добросовестно выполнять свою работу. Он убавил газ под сковородкой и вновь окунулся в свои мысли, следя за омлетом.

* * *

    Ильяс был наполовину чеченец. Когда-то его отец, родом из далекого кавказского аула, проходил срочную армейскую службу в этом городе. Тут он и познакомился с красивой украинкой, будущей матерью Ильяса. После его демобилизации они поженились. В армии отец получил специальность водителя-моториста и после короткой стажировки работал шофёром-дальнобойщиком. По рассказам матери, он был очень красивым и весёлым человеком. Всего три года полных любви и счастья было отведено им Богом. Когда Ильясу было два года, отец, возвращаясь из дальнего рейса домой, нелепо попал в автокатастрофу.
    Легковушка, резко выскочившая со второстепенной дороги на трассу, врезалась в борт груженного отцовского "МАЗа". Перевернувшись, она упала на обочину. Отец выскочил из машины и начал вытаскивать из покореженной легковушки плачущего мальчика. Оттащив его на безопасное расстояние, бросился назад спасать остальных. Водитель был жив и что-то бормотал заплетающимся языком. От него разило алкоголем. Отец начал вытаскивать женщину в полуобморочном состоянии. Оттащив её тоже на безопасное расстояние, он вернулся в третий раз за водителем. Но спасти его было уже не суждено - взорвался бензобак. Отец и водитель были доставлены в больницу с тяжёлыми ожогами. Через три дня оба, не приходя в сознание, скончались.
    Мать очень любила своего, как она называла отца, "отчаянного абрека". А бабушка, которая всегда огорчалась тем, что "...Бог не дал нам сыночка", только так его и называла. За его телом с Кавказа приехала многочисленная родня. Мать и бабушка категорически отказывались отдать тело отца для погребения на его родину. Понимая их состояние, родственники деликатно и упрямо настаивали на своём, ссылаясь на Коран, где сказано, что правоверный мусульманин должен быть предан земле там, где он родился и где погребены его предки. Второй, убедительной причиной явилось то, что в городе не было отдельного мусульманского кладбища, а по Адату, главному закону мусульман, тело правоверного не должно быть погребено на другом кладбище. После некоторого колебания мать и бабушка уступили их требованию. Некоторые отчаянные головы среди родственников пытались забрать ребенка, но тут уже на стороне матери и бабушки тяжёлой артиллерией выступил закон.
    Так они и остались жить втроём. Вся многочисленная родня по достоинству оценила их благородный поступок и, в конце концов, между ними установилась прочная родственная связь. Этому ещё способствовало и то, что мать оставила себе и сыну фамилию их рода Зангиев, а маленький Ильяс оказался прочным звеном в этой цепи, соединившим собой два народа.
    Раз в году, когда у матери был отпуск, а у Ильяса летние каникулы они ездили на Кавказ навестить родственников и посетить могилу отца. Задолго перед поездкой они втроём садились за стол и составляли полный список родственников. Затем тщательно несколько раз его проверяли, чтобы не дай Бог никого не забыть. Долго размышляли, кому и какой подарок покупать. Родственников было много, и все они были разбросаны по всей Чечне. Только благодаря тому, что их возили на машине от одной семьи к другой, они успевали всех навестить. Не побывать у кого-нибудь - расценивалась, как непростительная обида. С Кавказа они возвращались усталые, загруженные всевозможными сумками и баулами с гостинцами и снедью, и очень довольные тем, что свой долг выполнили и посетили всех, никого не забыв. Это уже превратилось в ритуал.
    В свою очередь родственники совершали к ним массовые наезды и тогда их просторное жильё превращалось в густо населённый табор. Многие из гостей с трудом говорили на русском языке, а украинского вообще не знали. С маленьким Ильясом они упорно разговаривали на чеченском языке и он, как и все дети, быстро усвоил разговорную речь и гордо разгуливал с ними по городу в качестве переводчика, тем более, что родственники часто покупали ему мороженое и всевозможные игрушки.
    После трагической гибели отца, у матери было несколько предложений выйти замуж, но она всем отказывала, понимая, что никто из них не заменит Ильюше, как она его называла на свой украинский манер, родного отца. В детском возрасте Ильяс не смог должным образом оценить её самопожертвование. Избалованный вниманием и заботой матери и бабушки он воспринимал всё, как само собой разумеющееся, как должное.
    Целые дни мать была занята на работе. Хотя они регулярно получали ощутимую помощь от дедушки Мусы и от других родственников, денег всегда катастрофически не хватало. Матери приходилось брать на дом дополнительную работу, и каждый вечер она допоздна просиживала за кульманом. Воспитанием маленького Ильяса полностью занималась бабушка.
    Ещё в своём далёком детстве бабушка воспитывалась гувернанткой, выписанной отцом, в то время известным адвокатом, из небольшого немецкого городка Кобленц. Фрау Шварц ни слова не понимала по-украински, и маленькой девочке непроизвольно пришлось выучить немецкий язык во всей его окраске хессенского диалекта. Это и определило её дальнейшую судьбу. Во время войны она была направлена на курсы военных переводчиков, затем на фронт. После окончания войны некоторое время служила переводчиком в комендатуре города Лейпциг. После полной демобилизации преподавала немецкий язык в школе. Теперь, уже пожилая женщина, она старательно и упорно обучала своего обожаемого внука премудростям, так близкого ей, немецкого языка. В своём старании она испытывала приятные воспоминания своего детства.
    Честно говоря, Ильяс не испытывал особого восторга от бабушкиного увлечения. Единственное, что его к этому привлекало - это то, что в своём заветном сундучке бабушка находила ещё те детские книги, по которым она сама начинала изучать язык. Слушая сказки, которые она ему читала, Ильяс начал постепенно понимать язык. Прошло пару лет, и он уже свободно в разговоре с бабушкой переходил на немецкий язык.
    Как-то раз они с приятелем заигрались в футбол и совсем забыли, что на следующий день у них контрольная работа по математике. Готовиться уже было поздно и приятель подал гениальную мысль, просто, не идти в школу. Ильясу понравилась его идея, и они утром решили отправиться в кино. На улице моросил мелкий дождь. Быстро добежав до ближайшего кинотеатра "Дружба" они взяли билеты. На последние деньги купили по две порции мороженого и удобно устроились в первых рядах кинозала. К их большому удивлению фильм демонстрировался на немецком языке. Приятель порывался уйти, но Ильяс уговорил его остаться. Денег на другой сеанс у них уже не было, а наслаждаться мороженым под дождём - удовольствия мало. Причина была убедительной и тот, после недолгих уговоров решил остаться.
    С первых же кадров фильма Ильяса поразило то, что он прекрасно понимал всё, о чём говорили с экрана. Ещё больше удивился приятель, которому Ильяс продемонстрировал почти синхронный перевод. После окончания фильма они вышли из кинотеатра и увидели, что, спасаясь от дождя, они перепутали сеанс. Вместо фильма "Дело Румянцева" они попали на сеанс, который демонстрировался в помощь тем, кто изучает иностранный язык. Возвратившись домой он рассказал об этом бабушке, при этом, конечно, скрыл, каким образом он туда попал. На следующий день, после уроков они с бабушкой отправились в кинотеатр. С тех пор они стали постоянными посетителями и даже выписали полностью расписание демонстрации фильмов на немецком языке.

* * *

    Однажды зимой бабушка, возвращаясь из магазина, споткнулась в темном подъезде, не заметив под ногами ступеньку, и упала. Приговор врачей был безжалостным - перелом шейки бедра. Через две недели её жизнь медленно угасла. Ильяс очень переживал её кончину и на какое-то время замкнулся в себе так, что мать была вынуждена сводить его к врачу. После беседы с ним врач успокоил её тем, что это всё со временем пройдёт. Вскоре наступили летние каникулы и мать достала ему путёвку в пионерский лагерь. Там и произошло его первое знакомство с бильярдом.
    Чем привлёк его внимание этот убогий настольный бильярд с металлическими шарами - трудно сказать. Кий больше походил на держак от дворницкой метлы. Лузы были в полтора раза шире шаров. Даже бортовые шары можно было забивать свободно. И всё же Ильясу понравилась игра, и он стал большую часть времени проводить в бильярдной. Первое время он наблюдал за игрой со стороны, изучал ее правила. Постепенно, прислушиваясь к разговорам и выяснениям спорных вопросов, он начал понемногу в ней разбираться.
    Как-то раз отряд, в котором был Ильяс, пошёл в двухдневный поход в лес. В густом орешнике он присмотрел длинный прут, содрал с него кору. Затем хорошо просушил возле кухонной плиты. На кончик прута наклеил кожаный пятачок, вырезанный из старой обуви. Теперь это изделие уже можно было назвать кием. Судьба, судьба! Никому не дано знать, какая она кому уготована. Если бы у Ильяса ничего не получилось то, может быть, его детское увлечение на этом и закончилось. Но произошло невероятное. Он забил два шара подряд! Даже старшие мальчики посмотрели на него с уважением. Это и решило его жизненный путь, положив начало дальнейшей судьбе.

* * *

    Вернувшись домой из пионерского лагеря, Ильяс на какое-то время совсем забыл о своём увлечении. Впрочем, он даже не знал о том, что существуют где-то бильярдные залы. В то время бильярд переживал тяжёлое время. Его официально не признавали ни за спорт, ни за игру и приравнивали к запрещённым азартным играм наряду с картами. Несмотря на это были страстные поклонники этой необыкновенной игры.
    Как-то на каникулах Ильяс возвращался из кино через парк и попал под дождь. Рядом стоял какой-то одноэтажный павильон, и мальчик вошёл туда, спасаясь от непогоды. Оказавшись внутри павильона, Ильяс остолбенел. Это была настоящая бильярдная с большими столами, с настоящими жёлтыми, номерными шарами. Кое-где на столах зелёное сукно было пропалено сигаретами, некоторые шары сколоты, но зато это был самый настоящий бильярд. А в конце зала стоял такой огромный стол, что на нём можно было играть в мини-футбол. Игроки, которые играли за этим столом, иногда во время игры вынуждены были для удобства одну ногу забрасывать на борт стола, при этом строго придерживаясь правил о "заземлении". Время от времени они также пользовались при ударе по шару специальной лопаткой. Кии были ровные, гладкие, блестящие и имели на конце кожаные наклейки. На стене висели полочки со специальными ячейками для шаров. Тут же лежали мел и баевая тряпочка для протирки кия. В отдельной комнате, утопив себя в старом кожаном кресле, сидел толстый маркёр, готовый решить любой спорный вопрос.
    В изумлении Ильяс просидел три часа, наблюдая за игрой. С тех пор он стал частым посетителем этого зала. Ильяс усаживался на стул возле бильярдного стола и мог часами наблюдать за игрой. Иногда он представлял себя на месте игрока и оценивал тот или иной удар, который производил играющий. В это время он забывал все установленные матерью сроки возвращения домой, чем вызывал её большое недовольство своим увлечением.
    Постепенно, на первый взгляд бессмысленное катание шаров по столу под ударами кия, приобрело для него строго осмысленный порядок. Ильяс стал замечать, что все играют по-разному. Каждый игрок имел свой почерк игры, свою манеру. Он уже мог по почерку игры составить характер игрока. Вспыльчивые и шумные, как правило, всегда играли, сильно ударяя по шарам, не заботясь о последующих ситуациях. Часто бывало так, что после удара у них шары вылетали через борт и с грохотом падали на пол. Возле таких игроков было даже опасно находиться. Они рассчитывали и надеялись только на свою кладку и на мощный удар. О таких игроках говорили с иронией: "Кто сильнее бьёт - тот лучше всех играет". Трусливые и слишком осторожные игроки рассчитывали на подставки и ошибки партнёра. Сами они играли с предельной осторожностью и сильно нервничали во время игры. Таких игроков презрительно называли "Мандратапупа".
    Но были игроки, которые перед каждым ударом внимательно осматривали и изучали расположение шаров на столе, предполагали, куда и какой шар станет после удара, следили за полосатым шаром. С помощью специальных ударов по шару - "боковиков" - они вращали шар, придавая ему нужное направление и выводили его для более удобного следующего удара. Это уже было мастерство.
    У каждого мальчугана в бильярдной был свой кумир, которому они старались во всём подражать. У Ильяса кумиром стал высокий парень, лет 25. Мальчишке нравилось в нём абсолютно всё. Звали его Артур. Он приходил в бильярдную не очень часто, во всяком случае, не сидел там целыми днями, как другие игроки. Одевался всегда элегантно. Во время игры, когда приходилось бить шар с неудобного положения, при этом одну ногу необходимо класть на стол, он непроизвольно демонстрировал свои великолепные носки и до блеска начищенную обувь. Артур всегда был в ослепительно белоснежной рубашке, манжеты которой были тщательно отглажены. Говорил тихим, уверенным голосом. Играл без признаков трусости, но никогда не кидался сломя голову за сомнительными шарами. Всякий раз, когда он играл, Ильяс, затаив дыхание, наблюдал за игрой, не пропуская ни одной мелочи. Огорчённо вздыхал при его неудачах и гордился его победами.
    Лишь только через месяц после первого посещения бильярдной, Ильяс, скопив на завтраках и кино деньги, смог попробовать себя в игре. Тогда ему казалось, что стоит только взять в руки кий и всю игру, которую он уже не раз мысленно прокручивал в голове, можно будет сделать легко. Однако кий упрямо скользил по шарам. Те, в свою очередь, шлёпались в борт стола далеко от намеченной лузы. А один раз во время удара у него соскользнул кий от шара и он чуть не порвал его кончиком сукно на столе. После очередного "кикса" по шару к нему подошёл Артур и вполголоса сказал:
    - Юноша, я должен отметить ваше усердие в игре. Но для первого раза запомните одно из правил игры: "мели кий до удара".
    Ильяс был вне себя от счастья. Ведь сам Мастер обратил на него внимание! Так он и познакомился с Артуром - одним из лучших и удачливых игроков в бильярдной.

* * *

    Артур работал, вернее, служил в армии, в каком-то секретном подразделении. Даже выпив с друзьями, а это было нередко, то никогда не распространялся о своей службе. В форме его никто и никогда не видел. Но о том, что он был военнослужащим, по секрету кому-то рассказал маркёр дядя Паша. А какой может быть секрет в бильярдной? Знает один - знают даже шары. Вот и весь секрет.
    Однажды в бильярдной произошёл случай, который подтвердил таинственность Артура и чуть-чуть приподнял завесу тайны над ним. Как-то раз Артур играл с одним денежным партнёром. Ставки были немаленькие. Об этом также говорили выпуклые, совиные глаза маркера дяди Паши, который с кем-то уже поставил ставку, "замазал", как говорят игроки. Артур заканчивал с партнёром контровую партию, которая, как правило, идёт вдвойне. Вдруг в бильярдную, громко разговаривая и о чём-то споря, ввалились двое хорошо подвыпивших парней с лицами, не испорченными интеллектом. Наглыми глазами они начали обшаривать зал в поисках свободного стола, мешая игрокам, но все оказалось занято.
    У Артура была игра в последнем шаре. Это очень ответственный момент игры. Необходимо сконцентрировать всё внимание, чтобы не подставить шар в выгодную для партнёра позицию. В таких случаях иногда игра затягивается. Заметив, что у них на столе всего два шара, они остановились возле них, надеясь на скорое окончание партии. Своими ненужными советами, а иногда даже грубым вмешательством в игру отвлекали игроков и мешали им. Надеясь на свои накаченные мышцы, они вели себя нагло, как будто в зале кроме них никого не было. Да и кто мог им здесь противостоять? Пьянь явно искала повод для выхода своей накопившейся бычьей силы. Остановившись возле стола, за которым играл Артур, они решили, что этот стол для них самый подходяший из всех остальных:
    - Что вы не можете забить два шара? Тоже мне игроки! Колюня, бери кий у второго, мы сейчас быстро доиграем и начнём новую партию, - крикнул один "бычок" другому.
    Колюня попытался схватить рукой кий Артура. Но тот резким движением левой руки перехватил толстые пальцы Колюни и вывернул их так, что тот присел и завизжал поросячьим визгом. Слегка ослабив хватку, Артур тихо произнёс:
    - Молодой человек, вы со своим приятелем мешаете мне и моему партнёру работать. Должен вас предупредить, что в случае моего проигрыша я заставлю вас обоих рассчитаться с моим партнёром. Сумма немалая. Лучше всего будет, если оставшееся время пребывании в бильярдной вы посвятите экономии своих денег и тихо выйдёте вон.
    Артур отпустил руку и легонько оттолкнул его от стола. На шум из маркерной высунулся дядя Паша. Игроки за столами тоже прекратили игру и с любопытством наблюдали за стычкой, готовые вмешаться на стороне Артура в любое время. "Бычок" , разминая онемевшие пальцы, вылупился налитыми злостью глазами на Артура. Второй начал обходить бильярдный стол, подкрадываясь к Артуру сзади.
    - Эй, да я вижу, что у вас, кроме бычьих голов, ещё и волчьи повадки? - Молниеносным движением ноги Артур ткнул одного "бычка" в пах. Тот согнулся пополам и с криком полез под стол. От кулака второго "бычка" он ловко уклонился, затем перехватил его руку, резко завернул за спину. Двумя пальцами второй руки он зацепил его за ноздри. К поросячьему визгу прибавился волчий вой. Игроки с удивлением смотрели на двух "бычков", валяющихся на полу. Всё произошло в считанные секунды. Артур поправил галстук, одернул жилет и произнёс тихим голосом:
    - Несмотря на неудобства, которые я вам причинил, теперь вы должны дождаться окончания партии. На всякий случай пересчитайте деньги в ваших карманах. Повторяю! Если я проиграю, - вам придётся рассчитаться. Заранее предупреждаю - расписок, не заверенных нотариусом, я не беру.
    Ильяс посмотрел на Артура и был поражён его глазами. Они стали белыми и холодными, как лёд. Под этим ледяным взглядом "бычки" стали вдруг покорными, как ягнята. Дядя Паша завёл одного из них с рассеченной бровью в маркерную, чтобы наложить повязку на рану и остановить кровь. Спустя некоторое время тот вышел оттуда, прикладывая к брови бинт с ватой и что-то прошептал своему приятелю. Тот испуганно перевёл взгляд на Артура и ещё сильнее вжался в стул, на котором сидел. До слуха Азарта, сидевшего рядом, донеслось лишь "майор, спецназ". Так приоткрылся слегка занавес, укрывавший личность Артура. Хотя сам он всегда называл себя связистом.
    Как-то раз Артур пришёл в бильярдную со своей племянницей. Она водила по залу своими глазищами, затем уселась на стул, не проявляя никакого интереса к игре. Азарт её за это просто презирал. Облизывая мороженое, она болтала ногами, чуть ли не касаясь пола своей косой. Ильяса так и подмывало дернуть за неё. Мальчишки, играющие за столом, стараясь обратить её внимание на себя, проявляли чудеса кладки. А она только фыркала, как кошка, и делала вид, что её ничего, ну абсолютно ничего, здесь не интересует. Покончив с мороженым, она презрительно спросила Азарта:
    - Сколько тебе лет?
    - Четырнадцать. А тебе?
    -. Фу, какой ты невоспитанный. Разве можно у женщины спрашивать её возраст?
    - Тоже мне женщина. У себя в классе ты, наверное, первая подлиза.
    - Неправда! Я никогда не подлизываюсь.
    - Хочешь, пойдём покатаемся на качелях? - примирительно спросил Ильяс.
    - Ага! Вот ты первый и подлизываешься ко мне. Ну, хорошо! Не дуйся. Только я боюсь сильно раскатываться.
    "Погоди, - злорадно подумал Ильяс. - Вот там я тебе всё и припомню.
    - Меня зовут Юля. А тебя?
    - Ильяс.
    - Какое странное имя.
    - Это чеченское имя, но можешь меня называть Ильюша. Так называет меня моя мама. А когда мы ездим в гости в Чечню, там она зовёт меня - Ильяс.
    - А почему чеченское?
    - Мой папа был чеченец.
    - Почему был?
    - Он погиб в автокатастрофе, спасая женщину и ребёнка.
    - Извини, пожалуйста. А можно я буду тебя тоже называть Ильюша?
    - А меня так все и называют. Артур, это твой брат?
    - Нет, что ты. Это мой дядя. Я приехала к нему в гости. Мы с мамой живём в Одессе. Недалеко от моря. Всего две остановки трамваем.
    - А в каком ты классе?
    - В шестом.
    - А я в седьмом. И ты ещё со мной разговариваешь поучительным тоном?
    - Девочки всегда старше. Мы знаем больше вас. У мальчишек в голове только всё круглое.
    - Почему всё круглое? - недоуменно спросил Ильяс
    -Ну, мячи, шары, колёса. - Юля поднялась со стула. - Я спрошу у Артура разрешения.
    Она подошла к Артуру. Что-то ему сказала, показывая пальцем на Ильяса. Артур улыбнулся ему и поощрительно кивнул головой. Под завистливыми взглядами мальчишек, потерявших всякий интерес к игре, они направились к выходу.
    Ильяс почему-то сразу заметил, что его брюки давно не глажены, рубашка не модная, а босоножки на ногах вот-вот развалятся. Всё это он почувствовал как-то внезапно. До этого одежда его полностью устраивала. Но одежда ещё полбеды. Главная беда в том, что Юлька была немного выше его ростом. Красный от смущения, Ильяс плёлся за ней через весь зал. Опустив глаза, он шел, глядя на её длинную косу с бантом, как на единственный ориентир. Как только они вышли из зала, Юлька схватила его за рук,у и они побежали. Взяв билеты в кассе, они взобрались на качели и начали раскачиваться. Её длинная коса, как маятник, покачивалась в такт качелям. Ильяс кидал косые взгляды на Юлю, и ему почему-то перехотелось сильно раскатывать качели и пугать её. После качелей они ещё часа два гуляли по парку, сплетничая об учителях и одноклассниках. Вспоминали всякие смешные истории из школьной жизни и весело смеялись. В бильярдную они вернулись уже хорошими друзьями.
    На следующий день они опять встретились. Юля вечером должна была уезжать в Одессу. Первый раз в жизни Ильяс провожал девушку на поезд. Они стояли возле вагона. Почему-то не хотелось ничего говорить. В голове вертелась дурацкая песня, услышанная им когда-то на пляже: "Кондуктор не спешит, кондуктор понимает, что с девушкою я прощаюсь навсегда". Они обменялись телефонами и адресами, пообещав звонить друг другу и писать письма. Загорелся зелёный свет светофора, и проводник стал приглашать пассажиров в вагон. Вдруг глаза Юли заполнились слезами. Она неумело уткнулась Ильясу в шею и поцеловала его в щеку.
    Когда-то Ильяс ремонтировал выключатель, и его ударило током. Сейчас детский поцелуй Юли прошиб его насквозь, как тысячу токов. Первый раз в своей юношеской жизни он обнял девочку, ещё не зная того, что это пришла к нему его первая любовь. Любовь, которую они сохранят на многие годы.
    Поезд тихо отошёл от перрона, унося от него его первую любовь на долгие четыре года. Знал бы это Ильяс, то порвал бы Юлин билет, добился бы отмены рейса, разобрал бы, в конце концов, рельсы и шпалы. Но своей судьбы не суждено знать никому. Да и неинтересная была бы дальнейшая жизнь.

* * *

    Прошло четыре года. Ильяс из мальчика превратился в высокого, стройного юношу. Небольшие чёрные усики давали возможность прибавить к своему возрасту два-три года, в зависимости от обстоятельств. Ежедневное, многочасовое пребывание за бильярдным столом, наблюдение за игрой своего кумира дало свои результаты. Вдобавок, как-то в руки ему попался журнал "Наука и жизнь", в котором было подробное описание и схематическое изображение азов игры на бильярде. Это было что-то похоже на учебник. Всю эту теорию Азарт выучил и освоил в совершенстве на практике.
    Теперь, играя со своими сверстниками, он сам диктовал игру. Иногда у него даже запрашивали фору. Он уже не посещал бильярдные с сомнительной публикой, а обосновался в бильярдной более высокого класса, куда не каждый с улицы мог попасть. В игре он старался быть похожим на своего кумира Артура. Но юношеский пыл в игре проявлялся постоянно. Часто, имея в запасе несколько шаров, если игра была в "Американку", или пару десятков очков в игре "Пирамида", он начинал куражиться. Иногда такой кураж приводил к проигранной партии. Но если в этот день у него прорезалась хорошая кладка, он проявлял в игре чудеса. Артур, который уже давно обратил внимание на талант мальчика, на правах старшего товарища указывал ему на его нестабильную игру. Но потом он понял, что это могло изменить лишь время и приобретённый опыт, которые у Ильяса были впереди. А пока что он, играя, распылялся и упивался своими победами. Так пришло и приклеилось к нему прозвище - Азарт. И уже мало кто называл его по имени, немного чужому для здешних мест, Ильяс.
    Появился также в игре интерес, а вместе с ним в кармане деньги. Ему уже больше не нужно было экономить деньги от завтраков, чтобы играть в бильярд. Мало того, часто, возвращаясь домой, он заходил в гастроном и покупал к чаю мамино любимое печенье. Такая его финансовая самостоятельность, порождала у матери много вопросов. Однажды она тайком побывала в бильярдной. В это время Ильяс играл с каким то высоким , на вид интеллигентным молодым человеком. Она даже подсмотрела, как этот молодой человек расплачивался деньгами с Ильясом после игры. Ей это было очень неприятно видеть и она хотела подойти к ним. Но молодой человек неожиданно пожал Ильясу по-взрослому руку, улыбнулся и как ни в чём не бывало вышел из бильярдной. Мать пошла следом за ним и, отойдя метров на сто от бильярдной, в душе осуждая себя за свой поступок, обратилась к молодому человеку:
    - Извините, пожалуйста.
    - Да, я Вас слушаю.
    - Я - мама того мальчика, с которым Вы только что играли на бильярде.
    Молодой человек приятно улыбнулся и представился:
    - Артур. Мне очень приятно познакомиться с мамой моего юного друга.
    - Как же это так? Он Ваш друг и Вы даёте ему деньги?
    Артур посмотрел ей в глаза, затем взял её под руку и отвёл в сторону:
    - Я думаю мне не придётся Вам объяснять, что в наше тяжёлое время никто лишь бы так деньги не отдаёт.
    - В таком случае, как Вы можете объяснить свой поступок?
    - Он заработал эти деньги тяжёлым трудом.
    - Разве это труд, играть в бильярд?
    - Да, это труд, - уверенно сказал Артур, - но кроме труда это ещё и талант.
    - Вы хотите сказать, что у Ильяса есть талант в ...этой игре?
    - Вот именно.
    Они ещё долго говорили о Ильясе. Как бы там ни было, но матери приятно было слушать хорошие отзывы о своём сыне, а Артур с удовольствием нахваливал своего любимца. Расстались они хорошими друзьями. С тех пор мать немного успокоилась, но волнение за сына её до конца не оставило. Чутьё ей подсказывало, что там , где замешаны деньги - обязательно жди беду.

* * *

    Осенью Азарта призвали в Армию, вернее во Флот на Север. В учебном экипаже, куда он попал на первых порах, Азарт завоевал определённое уважение среднего офицерского состава. Произошло это так. В расположении их части было одно единственное место развлечения на сотни километров - клуб офицеров. Матросов туда пускали исключительно по большим праздникам, да и то не дальше кинозала или библиотеки. Развлечения в клубе были стандартные: шахматы, шашки, домино, настольный теннис и... "кайзер". Кто такой "кайзер", Азарт не знал, да и не пытался узнать. Его это просто не интересовало. В этот период он старательно увлёкся восточным единоборством, освоение которого было положено по программе войск морского десанта. Как-то раз он получил наряд на уборку помещений клуба. После удаления пыли и натирания паркета осталось последнее помещение, запертое на замок. Дежурный матрос открыл ключом дверь, и Ильяс обомлел. Посреди комнаты стоял шикарный, украшенный резьбой красного дерева бильярдный стол. Это было великолепное трофейное чудо. "Так вот кто такой кайзер!" - подумал Азарт. Но это же не "кайзер", это "император"! Азарт любовно погладил зелёное сукно стола.
    Когда-то в помещении клуба была зимняя дача командующего флотом. Любил он северную экзотику, русскую баньку. А кто же откажется после хорошей баньки и расслабляющей рюмочки раскатать "Пирамидку" или "Американочку"? Стол сюда привезли в разобранном виде со склада трофеев. После того, как командующего и след простыл, стол перешёл в наследство к офицерам. Наличие стола тщательно скрывали от "верхушек". На такой лакомый кусочек нашлось бы много желающих адмиралов обладающими всевозможными рангами и привилегиями.
    Матросик заметил оторопевшее состояние Азарта и спросил:
    - Ну, ты чё, зема, вылупился? - и покровительским тоном добавил, - за этим столом не едят. Это бильярд! Ну да чё тебе, блин, объяснять, всё равно не поймёшь. Вон там, в углу стоит пылесос. Пользоваться им умеешь или показать? Бери и работай. Сегодня здесь будет серьёзная игра между двумя давними партнёрами.
    - А ты, сапог, хоть когда-нибудь играл в бильярд? - поинтересовался Азарт.
    - Я? Эх ты, дерёвня! Да я, блин, даже с самим мичманом катал. А мичман у нас чемпион! - и огорчённо добавил: - Жаль, что ты не играешь. А то бы скатали пару партий.
    От случайно появившейся возможности сыграть в бильярд, да ещё на таком столе, у Азарта даже перехватило дыхание. Поучительный тон салаги, да ещё вдобавок в присутствии "императора", Азарт простить не мог. И он решил наказать ничего не ведающего матросика. Пусть не наказать, но немного проучить. Причина для этого была, а повод он сам предоставил.
    - Слушай, сапог! Покажи мне, как играть, и мы с тобой сыграем. Если выиграю - ты убираешь помещение. Если выигрываешь ты - получаешь вот эту штучку.
    Азарт вытащил из кармана четырёхстержневую шариковую ручку. На каждой из четырёх сторон ручки были яркие, экзотические картинки женщин четырёх рас: белая, негритянка, китаянка и индианка. Азарт наклонил ручку вниз и одежда начала сползать с красавиц, обнажая их догола. Такие демонстрации Азарт уже проделывал в экипаже. Это вызывало восторг и вполне нормальный интерес матросов учебного отряда, надолго лишённых женского присутствия и внимания. За этой ручкой уже давно и упрямо охотился замполит. Но для Азарта спрятать ручку от его целеустремлённого желания было детской забавой. Уж очень разные школы жизни прошли они с замполитом.
    Увидев такое чудо, бедный матросик оторопел. В голове у него замелькали сладкие мысли. А что мог видеть этот бедняга, призванный в армию из глубинки России? Разве что чёрно-белую фотографию одноклассницы Нюры, стибренную им по случаю. А уж представить её без юбок и платков - совсем немыслимо. Бедняга аж вспотел!
    - Играем, - произнёс матросик сдавленным голосом, не отрывая взгляда от заморского чуда.
    Мысленно он уже владел ручкой. Даже представил себе, как он в отпуске у себя в деревне будет показывать такое чудо. От этого зрелища там не у одного дыхание сопрёт. Тут уж будет прямой повод небрежно сказать: "Когда мы заходили в Сингапур...". Толчком в грудь Азарт вернул его на землю от сладких мыслей.
    - Эй, сапог, ты что, улетел? Давай, учи!
    Матросик добросовестно начал показывать, как надо пользоваться кием, как бить по шарам, рассказывал о правилах игры.
    - Всё, достаточно. Я понял, - сдерживая волнение, сказал Азарт, - играем!
    Первую партию Азарт "кое-как, с трудом" выиграл и тут же предложил сыграть на натирку полов. Чувствуя, что желаемая игрушка от него немного удалилась, матросик поспешно согласился и начал расставлять шары.
    - Слушай, сапог. Так не годится. Ты сначала почисть стол, потом продолжим игру, - сказал Азарт, следуя своей традиции. - Рассчитайся, и играем дальше.
    Матросик и в мыслях не держал, что ему придётся заниматься приборкой, и запротестовал:
    - Да ты чё, зема? Сначала играем, блин, потом рассчитываемся!
    Азарт игриво перевернул красавиц с ног на голову и, спрятав опять ручку в карман, равнодушно бросил:
    - Как хочешь. Но на других условиях я не играю. Иди на свой пост, бди. А я займусь делом. Я случайно выиграл, а ты уже замандражировал.
    Такой категоричности бесхитростный, неискушённый матросик не ожидал и торопливо согласился:
    - Хорошо, хорошо, зема. Сейчас я быстренько почищу, а ты иди на пост, посмотри там, чтобы не было никого из посторонних.
    - Быстро только воруют,- поучительно сказал Азарт, - чисть на совесть. Это - "император"! Конечно, не следовало бы твоим корявым рукам доверять это дело, да ладно уж... - отыгрываясь издевался Азарт.
    Матросик включил пылесос и начал чистить стол. Азарт, развалившись на стуле, наблюдал за ним и начальственно подсказывал, где ещё почистить. За шумом пылесоса они не услышали, как открылась входная дверь клуба. Мирное их содружество нарушил удивлённый возглас с палубной интонацией:
    - Это как же понимать? Что здесь происходит? Почему сквозит на посту?
    Они оба вскочили и вытянулись по стойке "смирно". Бравый мичман с закругленными кверху усами изумлённо таращил на них глаза.
    - Матрос Зангиев! Занимаюсь приборкой помещений, - быстро отрапортовал Азарт.
    - А ты?
    - Дежурный по клубу матрос Ложкин! Проводил проверку матроса Зангиева!
    Мичманюга смотрел на них и ковырялся в своих мозгах в поисках наказания.
    - А почему ты прибираешь, а он контролирует? - коварно поинтересовался мичман.
    - Так... ручка, - сконфужено пробормотал матросик.
    - Какая ручка? Что ты, салага, мелешь?
    - Разрешите, товарищ мичман? - вмешался Азарт, сделав шаг вперёд.
    Азарт вытащил ручку из кармана и продемонстрировал её мичману. В отличие от матросика тот имел нагрудный знак "За дальний поход" и кое-что из диковинок повидал на экзотических зарубежных базарах. С формулировкой в приказе "для передачи опыта и обучении молодых матросов, временно...", а на самом деле за перерасход спирта в море он был откомандирован в учебный экипаж. С ностальгической тоской о своём единственном дальнем заграничном походе он полюбовался ручкой.
    - Да, - с грустью сказал он, - было время! Теперь я себе такую уже не куплю. Что хочешь за неё? - напрямую выпалил мичманюга.
    Мичман был женат. Но имел твёрдое убеждение, что у настоящего моряка на одной жене свет клином не сошёлся. Данное вынужденное обстоятельство - служба в забытом Богом гарнизоне - рассматривал, как временно сложившуюся ситуацию и не терял надежды на перевод по службе к южным морям.
    - Товарищ мичман! А Вы с ним сыграйте. Я у него эту штуку чуть не выиграл, да Ваш приход помешал, - прервал его мысли матросик.
    Мичман представил себе, как он будет куражиться перед друзьями этой диковинкой и, нарушая устав, предложил:
    - А что? Давай? На неё, - кивнул мичманюга на ручку.
    Где кончается устав, там начинается фамильярность, а этого у Азарта в запасе было в излишке.
    - А на что будете Вы играть? - нахально осведомился он.
    От такого встречного вопроса бравый мичман, он же заведующий клубом, сконфузился. Действительно, на что? Потом хлопнул себя по лбу:
    - Ты вот что! Сегодня первый раз в клубе в наряде?
    - Да, первый раз. И вот увидел такое чудо, - кивнул он на стол.
    - Человек утончённого чувства не может смотреть на него равнодушно. А ты, я вижу, именно тот человек.
    Ильяс как бы сконфужено развёл руками, не смея возразить ничего мичману.
    - Играю на пять нарядов в клубе, не считая выходных, - выпалил мичман.
    В гарнизоне среди матросни считалось большой "шарой" получить наряд в клуб. Это - тепло, тишина, телевизор. А что может сравниться с библиотекой, в которой работает за стойкой библиотекарь Валюша - самая красивая женщина на многие сотни километров? Сидя за барьером в платье с глубоким вырезом на груди, она с пониманием разрешала мучиться матросским душам, давая разгул ихней молодой фантазии. И вот теперь такая "шара" сама плыла в руки Азарта. Да, он себе даже представить не мог - пять нарядов! Ожидал 2-3, а тут - целый отпуск. Вдобавок, стол-император. На который просто приятно любоваться, не говоря уже об игре.
    Мичман прослужил на флоте уже лет 10-12. Это вполне достаточный срок, чтобы овладеть бильярдом, как он его понимал. А понимал он его так: чем сильней влупишь по шару, тем легче ему будет войти в лузу. Короче, действие иногда превышает противодействие. И если действие чуть-чуть увеличить, то оно легко преодолеет противодействие. Вот и весь принцип! Легко и просто. Надо отдать ему должное, что служба на флоте у него не прошла зря. И хотя он понятия не имел о "винтах", "боковиках", "накатах" и прочих бильярдных мудростях, удар у него был довольно сносный и играл он неплохо. Это давало ему право принадлежать к определённому кругу игроков гарнизона. В средних офицерских кругах считалось очень престижным, если ты преодолел первые две ступени, дающие право принадлежать к элитному званию "господа офицеры". Первая ступень - это бильярд. Вторая - преферанс. Мичман считал, что первую он уже одолел, а вторая "чертяка, уж больно мудрёная - не дается! Ну, да и одной достаточно".
    Тут уже не сдерживая себя, Азарт накрыл ничего не подозревающего мичманюгу тремя партиями в течении получаса.
    - Жаль, что у тебя нет звёздочек на погонах. Можно было бы сказать, что первую ступень ты преодолел, - сконфужено пробормотал мичман.
    Азарт ничего не понял о ступени и о звёздочках. На радостях о предстоящих нарядах он протянул мичману заветную игрушку, как подарок. Всё равно хранить её у себя было уже опасно. Замполит обложил его вплотную. "Если уж попадать, то в крепкие мозолистые ручища мичманюги, а не в изнеженную куриную лапку замполита", - решил Азарт. Да и плата за такое удовольствие была копеечная.
    Мичман благодарно пожал ему руку.
    - Спасибо! В свою очередь я постараюсь для тебя что-нибудь сделать. Запомни! Хороший мичман на флоте сильнее адмирала. А я мичман хороший!
    Они простились, почувствовав друг к другу симпатию. Свой свояка видит издалека - воистину так. Матросик, наблюдавший со стороны ошеломляющий дебют Азарта, не сводил с него восторженных глаз. Его игра и непринуждённые отношения с мичманом сразили его наповал так, что он даже забыл о потерянной навсегда ручке. Проходя мимо него, Ильяс дружески похлопал его по плечу и поучительно сказал:
    - Пока, шнурок! За твой развязный тон, который ты допустил в разговоре со мной, я тебя уже наказал. Но, чтобы сгладить наши отношения, могу тебе предложить свой автограф. Со временем он будет дорого стоить.
    - Ну ты, зема, блин, даёшь - восхищённо пробормотал тот.

* * *

    Аппетитный запах готового омлета наполнил кухню. Ильяс переложил омлет со сковородки в тарелку и принялся не спеша завтракать. Мысли вернули его снова назад, на Север.
    Как-то через неделю после игры с бравым мичманюгой Ильяс делал свою очередную приборку. Вытер пыль, пропылесосил стол, подготовил кии, мел и от нечего делать лениво гонял два шара по столу. Он давно уже задумал хитроумную ловушку для партнёров. Заключалась она в следующем. При серьёзной игре, если Азарту будет недоставать пяти очков (или один крест), он должен поставить "тигра" в лузу так, чтобы партнер не смог вывести его на игру и попасть по шару. Для этого "тигр" должен стоять в лузе прочно - "свесив ноги" - и иметь только одно направление для удара. Это было очень сложно выполнить, и Азарт терпеливо тренировался. Три-четыре раза из десяти ударов уже получалось. Но для исполнения необходимо было, как минимум, восемь-девять из десяти раз. Короче - нужен был "верняк".
    В бильярдную забежал матросик и прошептал:
    - Мичман идет. С ним капитан первого ранга.
    Азарт окинул взглядом бильярдную и, вытянувшись по стойке "смирно", доложил по-уставному:
    - Товарищ капитан первого ранга! Товарищ мичман! "Кайзер" к игре готов!
    - Отлично! Мы за этим и пришли, - капраз внимательно посмотрел на Азарта:
    - Откуда призывались?
    - Киевский райвоенкомат, товарищ капитан первого ранга!
    - Где-то я Вас видел, - задумчиво произнёс капраз.
    - Не могу знать, товарищ капитан первого ранга.
    Капраз ещё раз окинул взглядом Азарта, и они с мичманом принялись за игру. Судя по их разговору между собой и репликам во время игры, у них были дружеские, неуставные отношения. Каждый выложил из кармана пачку сигарет на маленький столик, находившийся под стенкой. Мичманюга "по забывчивости" налегал на капитанские "Marllboro", забывая курить свой "Дымок". Верное решение: кури сигареты партнёра - свои всегда успеешь, тем более если это "Дымок". Азарт cварил кофе, вынул из серванта маленькие чашечки. Затем расставил их на подносе и занес в бильярдную.
    Капраз удивлённо приподнял брови:
    - Это что ещё? Такого сервиса я здесь что-то не припоминаю.
    - Уникальный стол обязывает, товарищ капитан первого ранга, - учтиво без какой-либо тени подхалимства ответил Азарт.
    - А Вы откуда знаете, что он уникальный?
    - Пётр Сергеевич, - вмешался мичман, - Зангиев великолепный игрок. Сам проверял. Он вдул мне три такие партии, что я до сих пор не могу отойти.
    - Постой, постой! - задумчиво произнёс капраз. - Я не мог Вас видеть в Киеве, в бильярдной клуба офицеров?
    - Вполне возможно. Изредка я там играл, - осторожно произнёс Азарт.
    - Ага! Так это Вы обыграли моих двух приятелей год назад?
    - Так точно, - вспомнил Азарт, - только начало было другим, товарищ капитан первого ранга, - они меня хотели обыграть и сами предложили ставку. Просто я оказался сильнее их.
    - Ну и поделом им, - сказал капраз,- я наблюдал за вашей игрой. Всё было честно, без всяких подстав и леваков. В нашем гарнизоне они вели себя тоже очень вызывающе.
    Затем он обвёл взглядом бильярдную:
    - То-то я вижу, что кии блестят и на них новые наклейки, мел на месте, протёртые шары. В Киеве я после этого случая часто наблюдал за Вашей игрой. Должен сказать, что Вы действительно играете умно и красиво.
    - Петр Сергеевич, у меня есть хорошее предложение, - вмешался мичман. - Нам командующий завещал беречь стол. Учитывая ситуацию, не сможете ли вы рекомендовать матроса Зангиева на должность маркёра? - осторожно поинтересовался мичман.
    - Ну, прямо-таки должность, - отмахнулся капраз. - За должность надо платить. А у матросов имеется своя зарплата. Вот закрепить его ответственным за бильярдное помещение, - это можно подумать.
    Если бы Ильяс был в это время под открытым небом и поднял бы глаза кверху, то смог бы увидеть, как доброжелательно и весело подмигнула ему его счастливая звезда.

* * *

    Приятные воспоминания о службе, игра на "кайзере", немного смягчили его настроение. Он с улыбкой вспомнил своего "первого учителя" матросика, которого он тогда так проучил. Где он теперь? После той партии с ним и с бравым мичманом он всем рассказывал об Азарте чуть ли не легенды. Слух о нём, как о классном бильярдисте, разошёлся по всему округу. Все офицеры, увлечённые бильярдом, уже знали его в лицо и с удовольствием приглашали его на игру. Игры были не на интерес, а любительские и Азарт насыщался игрой на "кайзере".
    Почти два года прошли безоблачно. Но счастье не может длиться слишком долго .На третий год службы через дверь бильярдной просунулась лисья мордочка замполита. Его посещение не предвещало ничего хорошего. Так оно и вышло. Последний год Азарт прослужил в грохочущем дизелями машинном отделении ракетоносца, подтверждая каторжным трудом свою морскую специальность - моториста 2-го класса. Но всё, даже плохое когда-нибудь имеет свой конец. После демобилизации он вернулся назад, в свой родной город.
    Азарт закончил завтрак и сложил посуду в мойку - до лучших времен. В ней ещё нашлось местечко для одной тарелки и чашки. Подумав немного, он решил всё-таки помыть посуду. Затворничество кончилось, и могли появиться неожиданные гости. Женщины, которые его иногда посещали, всякий раз норовили проявить инициативу: как-то убрать где-нибудь, помыть что-нибудь. Даже пробовали замахнуться на стирку белья. Но Азарт мужественно оберегал свою независимость, а потому все домашние операции делал сам. Правда, раз в месяц к нему приходила его многодетная соседка и за определённую плату наводила блеск по углам, куда не доходили его руки.
    Остерегаясь забрызгаться, Ильяс одел на себя передник и принялся мыть посуду. Эта работа не требовала никакого мысленного напряжения. Но мозг-то всё равно не спит. И поневоле мысли из закоулков головы рисуют прошлые события. Некоторые даже и вспоминать не хочется. А как ты их забудешь? Как выбросить из памяти прошлое?
    После службы на флоте друзья помогли ему с устройством на непыльную работу в один из многочисленных НИИ. В этом же году его "определили", не без помощи родственников, в институт на заочное отделение. НИИ радушно предложил ему должность и.о.инженера. На этом его гостеприимность закончилась, так как на зарплату рядового инженера можно было прожить максимум две недели. Благодаря тому, что Азарт теперь проигрывал редко, да и то, если это нужно было из тактических соображений, он мог позволить себе не особенно заострять внимание на своём материальном положении. Но бывало часто и такое, что утром он обшаривал свои карманы в поисках затерявшейся денежки. Потом огорчённо разводил руками - как пришли, так и ушли.
    Первое время Ильясу нравилось приходить на работу. НИИ был переполнен смазливыми, модно одетыми порхающими бабочками. Никто толком не знал, какое у них здесь было предназначение. Да, собственно, никто над этим и не задумывался. Есть, ну и есть! Работа его абсолютно не интересовала, тем более это был не его профиль. Ему было совсем непонятно, почему он должен высиживать весь рабочий день в лаборатории при полном отсутствии какого-либо дела. С гораздо большим удовольствием он проявлял интерес к многочисленному штату "порхающих бабочек". Со временем, перешагнув через нескольких, которые неосторожно, а может быть специально залетели к нему на огонёк в его уютную норку, он потерял всякий интерес к ним и попутно к своей работе, так и не поняв толком, в чем она заключалась. Вдобавок начались попытки посягательства на его свободное время, - привлечение к общественной деятельности.
    Как то раз он шёл по длинному институтскому коридору, задумавшись о своих тяготах и рутинных рабочих днях в осточертевшем ему институте. Вдруг он услышал:
    - Hallo! Wie geht's?
    - Danke, wie immer, gut, - автоматически ответил Азарт. - Und Ihnen?
    - Danke, auch gut. Sie sprechen sehr gut Deutsch, -извините, но дальше я уже буду говорить по-русски. Мой словарный запас очень скромный. А откуда Вы знаете немецкий? Причём, говорите Вы, почти, без акцента.
    Азарт с удивлением посмотрел на своего неожиданного собеседника. Напротив него стоял коренастый, крепкого сложения мужчина отставной внешности.
    - А откуда Вы знаете, что я его знаю? - не удержался он от своего обычного нахальства, отвечать на вопрос вопросом.
    - Я исполняю обязанности зам директора по кадрам и внимательно ознакомился с Вашей анкетой. Вдобавок, я ещё и секретарь партийной организации института, - дружески протянув ему руку, ответил тот.
    - Очень приятно, но когда я поступал на работу, там был совсем другой человек.
    - Всё верно. Я был в отпуске, и он меня замещал. Вы не ответили на мой вопрос - и сглаживая официальность, поспешно добавил, - дело в том, что в анкетах многие пишут, что они владеют иностранным языком, а на самом деле ничего похожего нет. А вот, что касается Вас, то я убедился в том, что Вы действительно неплохо знаете немецкий язык.
    Азарт улыбнулся неожиданному собеседнику:
    - Моя бабушка была на фронте военным переводчиком. После войны она преподавала немецкий язык в школе и, естественно, занималась со мной языком. Когда появился результат, мы часто посещали кинотеатр "Дружба", где постоянно демонстрировали фильмы в помощь изучающим иностранные языки. Вот и весь секрет.
    - А я служил в Германии в Западной Группе Войск.
    Затем с откровенностью старого вояки-полковника он предложил ему подумать о вступлении в партию. Азарт представил себе, как с него, чего доброго, потребуют в партийный общак деньги в виде взносов с его бильярдных выигрышей и захихикал.
    - Почему вы смеётесь? Это ответственный шаг в жизни. И если Вам это предлагают, то отнеситесь к этому со всей серьёзностью.
    - Тырщ полковник! Однажды в юности я уже хотел поступить в комсомол. Но они, почему-то не захотели меня принять и только посмеялись надо мной.
    - Ну, наверное, Вы тогда были недостойны этого.
    - Тут я с Вами полностью согласен. Я тогда был совсем зелёный игрок. Сейчас другое дело. Вы что, действительно считаете, что партия нуждается в хороших бильярдных игроках?
    Отставник оторопело слушал Азарта, не веря своим ушам. Его круглое румяное и холеное личико начало покрываться красными пятнами. Наверное, у него на антипартийные речи была аллергия. Потом, видимо, вспомнил о необходимости своей партийной толерантности и безнадёжно произнёс:
    - Вы всё-таки подумайте над моим предложением. Для начала Вы могли бы поработать у себя в отделе в качестве политинформатора.
    Азарт удивлённо посмотрел на него:
    - Простите, но о политике я имею представление, как Остап Бендер об интернете.
    После этого разговора при случайных встречах он здоровался с Азартом сквозь зубы, правда, от него уже больше не поступало никаких предложений и его оставили в покое.
    Однажды Азарт стоял в конце коридора у открытого окна с сигаретой и страшно завидовал свободному полёту птиц. К нему подошёл сотрудник другого отдела. Разминая сигарету в пальцах, как бы невзначай бросил:
    - Вам нравится ваша работа?
    Они были почти незнакомы, и его неожиданный вопрос не оставил у Азарта времени для дипломатичного ответа:
    - Абсолютно не нравится. Я не вижу себя, как будущего научного работника, и мне тесно сидеть в стенах лаборатории.
    - Значит, я был прав в своих предположениях относительно Вас, - удовлетворенно заметил сотрудник,- Авдеев Иван Николаевич, - представился он.
    - Зангиев Ильяс - шаркнул ножкой Азарт, ожидая от собеседника очередного общественного предложения.
    - То, что вы не женаты и в ближайшем будущем этого не собираетесь делать, я знаю.
    - Откуда?
    - Эту печальную песенку поют все наши незамужние девочки в каждом углу.
    - По-моему, они уже поют эту песню с некоторым добавлением - убеждённый холостяк, - подыграл Азарт.
    - Ну, это как сказать. Просто вы ещё не встретили ту, без которой вы уже не человек. Сегодня так, а завтра уже по другому.
    - Встретил, но, к сожалению, потерял, - вспомнив с грустью Юлю, ответил Азарт.
    - Не переживайте. Ещё встретитесь.
    - Надеюсь. Если Вы уже исчерпали все вопросы в отношении любви, то мне пора идти дремать в лабораторию.
    - Не надо злиться. На сердитых воду возят. Вы не возражаете зайти со мной в мой кабинетик? Выпьем по чашечке кофе и прибавим ещё по одной сигаретке? - дружелюбно предложил сотрудник.
    При наличии кучи свободного времени трудно было отказаться от такого заманчивого предложения, тем более при таком глубокомысленном намёке.
    - Это можно, - поменяв тон, ответил Азарт.
    Помещение, куда завёл его Иван Николаевич, было заставлено большим кульманом и несколькими письменными столами.
    - А где Ваши сотрудники?
    - Они все работают. На выезде.
    Азарт заинтересованно посмотрел на него. На столе появились маленькие чашечки и блестящая никелированная кофеварка.
    - Когда-то я был в Италии. Там и приобрёл эту штуковину для заварки кофе особенным методом. Сейчас попробуете вкус настоящего кофе. Правда, она очень дорого стоила. Мои коллеги надо мной шутили, утверждая, что на эту сумму я мог бы купить джинсовый костюм. Но это дело вкуса.
    Через пять минут агрегат зашипел и выдал две маленькие чашечки густого чёрного напитка покрытого сверху пенкой.
    - Пейте, пока горячий.
    - Спасибо.
    - Итак, к делу. У меня в запасе очень мало времени. Вы не будете возражать если я предложу Вам попробовать себя в одном деле?
    Иван Николаевич изложил суть его деятельности. Последние колебания у Азарта исчезли после того, как тот сказал:
    - Работа связана с постоянными командировками. Не далеко, - города Украины.
    - И Одесса тоже? - выдохнул Азарт.
    Иван Николаевич внимательно посмотрел на Азарта:
    - Одесса - чаще всего. Там находится наш экспериментальный завод.
    - Я согласен.
    - Погодите. Вы даже не спросили о зарплате.
    - Думаю, что меньше чем есть, не будет. Ведь я заочник. Оклад минимальный.
    - Да, конечно. Будет даже больше. Учитывая прогрессивки и командировочные, - значительно больше.
    Получив согласие, Иван Николаевич выполнил кое-какие формальности, и уже через несколько дней Азарт с группой сотрудников выехал на объект.
    В основном, работа была связана с частыми командировками, где они занимались пуском и наладкой оборудования. Такая работа его вполне устраивала. У Азарта появилось много свободного времени, которое он проводил в бильярдной. Свободное время порождала простая система: они выезжали на объект, выполняли запланированную на 10 дней работу за 4-6 дней, а остальное время были свободными. В конце назначенного срока командировки они покупали на вокзале у проводников билеты за нужное число. Всех это устраивало. Главным в этой карусели было не попадаться начальству на глаза. В свою очередь, начальство было прекрасно осведомлено об этих проделках, но делало вид, что ничего не знает. Да и что надо? Работа выполняется. Рекламации не поступают. Азарт не опасался попасться на глаза начальству, так как НИИ был расположен на другом конце города. А туда, где обитал в свободное время Азарт, сотрудники дороги не знали. Ко всему прочему он избавился от надоевшей должности, на которой он устал проводить рабочее время в полусне. Новая работа приносила ему довольно сносный твердый оклад плюс ежемесячную премию. Нельзя было сбрасывать со счетов и командировочные. Игровые деньги он доходом не считал. Да и какой это доход? После проигрыша платить надо всегда самому. А выигрыш - его в тот же день разбавляли приятели, которые слетались тут же, как осы на сладкое. На угощение Ильяс никогда не скупился. Он понимал, что щедрое застолье всегда приносит хорошие и полезные плоды. Это и новые знакомства, и упрочнение уже имеющихся связей.

* * *

    Закончив мыть посуду, Азарт расставил её аккуратно по местам. На кухне был теперь образцовый порядок. Одев плащ, он остановился в прихожей, чувствуя, что что-то забыл. Похлопал себя по карманам: сигареты, зажигалка, портмоне, ключи - кажется, всё на месте. Махнул рукой и вышел в парадное. Спускаясь по лестнице, он попутно перечитал старые и новые надписи на стенках: кто кого любит и кто кому чего желает. Подождал на лестничной клетке, пока два здоровенных амбала пропёрли мимо него громадный шкаф, и вышел на улицу.
    Погода ему тут же напомнила о его забывчивости. Конечно же, как всегда, забыл зонтик. Хорошо ещё, что оставил дома. Сколько этих зонтиков он позабывал в такси, метро, в бильярдной! Ничего, целее будет. Да и возвращаться - плохая примета. Пробежав несколько десятков метров, он спустился в подземный переход и зашёл в своё любимое кафе хоть немного переждать непогоду. После холодного дождя здесь было очень уютно. Заказал двойную порцию крепкого кофе. Затем подумал и добавил к заказу рюмку коньяку. Устроившись удобно за столиком в углу, он обвёл маленькое кафе взглядом. Людей было совсем мало. Из динамиков вырывался яростный хрип "непризнанных талантов", которые наконец-то, благодаря перестройке, дорвались до микрофонов. Внезапно грохот прекратился, и из динамиков заструилась, как горный ручей альпийских лугов, очаровательная музыка оркестра Джеймса Ласта. Буфетчица Таня хорошо знала его вкус. Она посмотрела на Азарта вопросительно, подняв брови. Он тепло и дружески улыбнулся ей в ответ.
    Таня давно уже обратила внимание на стройного и красивого молодого человека со смуглым лицом. Азарт чувствовал её симпатию и относился к ней взаимно. Однажды он зашёл сюда вечером после небольшой пирушки и попытался посягнуть на её свободное после работы время. Таня вежливо улыбнулась ему и ответила, что у неё нет никакого желания разрушать платоническую любовь к нему. И, вдобавок, ей совсем не хочет разбивать своё маленькое семейное гнездышко. Всё это она сказала так искренне и дружелюбно с оттенком печали, что Азарту стало даже неловко за свою мужланскую попытку. С тех пор он себе больше не позволял по отношению к Тане никаких фривольностей, ценя её чувство к себе. Тем более что она ему-то нравилась так, скоком-ненароком.
    Выпив рюмку коньяку, Азарт почувствовал в ответ от организма благодарную тёплую отдачу. Решив его ещё больше ублажить, он прикурил сигарету и глотнул горячий кофе. Теперь он почувствовал себя вполне комфортно. Приятная, журчащая музыка рисовала в его воображении далекие солнечные морские побережья, бархатную, теплую ночь, и жаркие объятия. Запах жареного кофе щекотал ноздри. Боже! Как человеку мало надо! Спустился на какие-то два метра под землю, чашка кофе, рюмка коньяку, любимая музыка, - и весь мир кажется спокойным, прекрасным. Забываешь о голоде, войнах и смерти, особенно, когда тебя это не касается напрямую. Вот уж действительно правильно говорят: "Важно не много иметь, а уметь довольствоваться малым". Азарт полез в карман за платком и вместе с ним вытащил кусочек мела. Он молча смотрел на этот предмет, этот молчаливый свидетель его поражения.

* * *

    В тот вечер он зашёл в бильярдную просто потолкаться, кое с кем встретиться, узнать новости. Если повезёт, - так и должок кое с кого скачать. Были такие него. Играть сегодня он уже больше не намеревался. В тот день он уже отыграл четыре часа и снял неплохой куш. Это позволяло ему в ближайшее время чувствовать достаточный экономический запас прочности. От безделья пару раз вошёл в долю с играющими, кое-где поставил. И надо же! Везде выигрывал. Деньги к деньгам идут.
    Сидящий рядом с ним мужичок, средних лет в застиранном галифе, заправленных в стоптанные офицерские сапоги. В прокуреных до коричневого оттенка пальцах у него дымилась сигарета, издавая смрадный запах окурка, подобранного на мокром асфальте. Он жалко посмотрел на Азарта глазами бродячей собаки, которую все обижают, и тихо спросил:
    - Сами Вы не играете? Только ставите?
    Азарту совсем не хотелось вступать с ним в разговор, и он небрежно ответил:
    - Дядя, я ценю Вашу наблюдательность. Но сегодня я уже играл достаточно.
    - Что так? Не повезло? Или устали? - не унимался тот.
    - Что Вы так сыпете вопросами? Пора уже и мне задать. Вы хотите играть? - Азарт с жалостью посмотрел на мужичка. Уж очень он не вписывался в категорию бильярдиста и, чтобы отбить у него всякое желание продолжать разговор, ответил:
    - Усталость моя не причём. Я не прочь продлить сегодняшний день, но при определённых условиях.
    Мужичок порылся во внутреннем кармане пиджачка, достал старый, истертый по углам бумажник и заискивающе пролепетал:
    - Я наблюдал за Вашей игрой. На мой взгляд, Вы являетесь первоклассным игроком. Вдобавок, у Вас очень хороший удар.
    Ах, лесть, лесть, как она нас губит. Да ещё в таком возрасте, как Азарт. Слова немолодого человека, признающего его превосходство. Удочки размотаны, на крючке наживка - вкусная, жирная. Ешь - это для тебя. И слова сладкие, как патока, и взгляд приниженный, перед которым чувствуешь себя таким сильным. Это всё для тебя. Ешь - ничего не жалко. Мужичок прекрасно знал, что сладкая лесть является, мощнейшим средством достижения цели. И если давать её постепенно, небольшими порциями, то люди, хорошо владеющие этим оружием, очень многое достигают, вернее сказать - ухитряются получить. Соблазнительный же на сладкое и отравляющее душу снадобье, со временем раскрывает наконец-то глаза и чувствует себя отвратительно. Омерзительное состояние последствий лести очень долго и тяжело смывается, травмируя психику. Вкус сладкого пряника долго отдает горечью. Но откуда это было знать Азарту, только-только вступившему на длинную дорогу мужества?
    - Не согласились бы Вы, - продолжал мужичок мягким голосочком, - пару партишек? Просто так, для развлечения.
    - Дядя, я действительно, немного устал, и играть с Вами на "время" ну, ей Богу, нет никакого желания. Бесплатный урок мы проведём как-нибудь в другой раз.
    Ага, сегодня сладенькое уже было, не идём. Так, попробуем немножечко жирненького, с подливочкой. От этого уж точно редко кто отказывается.
    - Ну, что Вы! Я же понимаю. Вы - птица высокого полёта. Вначале мне было даже неловко Вам предлагать играть со мной. Но, в целях моего обучения, я себя, так сказать, переборол, - не переставая говорить с тихой ласкою, он раскрыл свой задрипанный бумажник, набитый всякими справками и старыми пожелтевшими фотографиями. До Азарта даже донёсся их прелый запах. Порывшись в бумажнике, мужичок откуда-то из между старых справок вытащил денежку, на вид поразительной схожести с её хозяином.
    - Вот смотрите. Достаточно?
    После всей этой мужичковской тирады у Азарта остался какой-то гадкий осадок на душе, а в желудке было ощущение съеденной жабы. Сказать по правде, Азарт согласился с ним играть из жалости. Никакого подозрения у него к мужичку не возникло, хотя какие-то лживые нотки в его разговоре он уловил. Ну, не влезал этот мужичок со своим портяночным бумажником в категорию игрока! Хоть убей!
    - Ладно! Давай, дядя, скатаем пару партий - не больше.
    - Да у меня на больше и денег-то не хватит. Тут вот жена дала мне списочек для покупки в магазине. Смотрите, - и он протянул Азарту какую-то бумажку.
    - Дядя, думаю, что нет смысла подключать моё внимание на изучение гастрономических потребностей вашей жены. Всё равно за невыполнение порученного задания отвечать придётся Вам. Пожалуйста, не грузите меня своими будущими неприятностями.
    - Сынок, - как-то уж совсем принижено сказал мужичок, - набрось мне фору пару "крестов"? А? Так сказать, скидку на старость.
    Жирненькое со сладким сиропом залепили глаза Азарту так, что они слиплись и не рассмотрели под мягкой шкуркой котёночка грозного хищника.
    - Ну ладно, два креста получишь, - вальяжно ответил Азарт.
    Всё! Клиент созрел Теперь дело техники. Игру Азарт провёл разухабисто. Если бы он был повнимательней, то увидел бы, что мужичок был совсем не прост. Боковички применял грамотно. "Тигр" не носился по всей посуде, как собака по двору на хорошую погоду, а аккуратно слушался его кия и всегда останавливался возле короткого борта. Да, и правила придерживался - "мели кий до удара". А это уже что-то да значило. Партию, конечно, Азарт проиграл. Это было наказание за небрежную игру и за ослабление контроля над партнёром. "Ладно, - подумал Азарт, - Всё равно вечер пропал. Теперь придётся играть ещё две партии. Не терять же деньги!" С другой стороны, свой проигрыш он оправдывал жалостью к мужичку, который из-за любви к бильярду идет на обострение отношений с женой, поставив на кон часть семейного бюджета. Вторую партию Азарт играл внимательно, контролировал ситуацию и уже держал "тигра" в узде. Он уже не гонял шары "через всю посуду", а выжидал наверняка. Мужичок от напряжения сопрел. Снял свой пиджачок, подозрительно оглянулся вокруг себя и переложил свой портяночный бумажник в глубокий карман галифе. Под пиджачком оказался застиранный джемперок, через вырез которого выглядывали две засаленные подтяжки. "Видно, дома он их носит на голое тело" - подумал Азарт.
    Как ни старался Азарт, но вторую партию он тоже проиграл, правда, в последнем шаре. Да и то мужичку повезло с ударом. (Как же, повезло!). Такой шар можно было забить только теоретически. Практически это мог сделать только исполнитель. Забив этот шар, мужичок запрыгал от радости. Его изумлению не было предела. Один раз даже кием задел светильник и тот начал угрожающе раскачиваться под потолком. Зрители, обступившие стол, как это всегда заведено, когда идет серьёзная игра, изумлённо качали головами. Азарт, выдавив из себя вежливую улыбку, делал вид, что рад его успеху. Игроком он его упорно не хотел признавать.
    - Сынок, это всё благодаря тебе. Вот что значит играть с игроком высокого класса! - опять полилось сладенькое.
    Расставляя пирамиду для третьей партии, Азарт вдруг ощутил где-то внутри потерю уверенности. "Ну, проиграл две партии, - успокаивал он себя, - в конце-концов, деньги не уйдут на пропой салонному льву. Смотришь, его жена добрым словом одарит. Может, выделит деньги на новые подтяжки. Впрочем, что я себя хороню заранее? Ещё ничего не ясно. Игра ещё продолжается".
    Азарт склонился над мужичком и тихо предложил:
    - Как вы смотрите на то, если эту партию мы украсим двойной ставкой. На отмазку!
    - Сынок, я вижу класс твоей игры. А у меня, просто, везение. Мне хотелось бы сегодня остаться при своих деньгах. Но, если ты настаиваешь на увеличении, то я согласен при одном условии.
    - Каком?
    - Ещё один "крест" - выпалил мужичок и даже вспотел от своей наглости.
    Пришло время объяснять, что же такое "крест"? В бильярдной игре "пирамида" необходимо забить количество шаров на общую сумму цифрового обозначения - семьдесят один. Кто раньше набирает необходимые семьдесят одно очко, тот и выигрывает партию. Каждый шар обозначается своей цифрой. И так - от одного до пятнадцати. Исключение - шар под номером один. Это одиннадцать. Остальные шары соответствуют своей цифре. Фора "крест" означает, что игрок даёт своему партнеру пять очков форы и записывает об этом на грифельной доске - ставит крест. А у игрока, дающего фору, снимается пять очков из общей суммы.
    - Дядя, три "креста" не многовато ли даже для нищего?
    На какую-то долю секунды в глазах мужичка сверкнула злая молния, проскользнула его истинная, хищная натура. Но амплуа несчастненького, так прочно вжившееся, быстро взяло верх, и Азарт ничего не заметил.
    - Сынок, ведь если ты выиграешь, я же тебя отпускаю. Твоя партия - и всё назад. Даже мои семейные. Мне потом домой хоть не возвращайся. Жена даст развод.
    Ласковый, убаюкивающий тон и жалость к мужичку опять усыпили Азарта, и он добавил ещё один "крест" на грифельной доске.
    - Ладно, пусть это будет прихоть богатого.
    - С вашего позволения, давайте наши новые условия засвидетельствуем у маркёра, - прошептал мужичок.
    Как ни старались они говорить тихо, но все слова были услышаны другими игроками. По залу зашептались. Ставки тотализатора увеличивались. Лихорадочно раскуривались глубокими затяжками сигареты. Народу прибавилось. Несколько человек знакомых вошли в долю Азарта. С удивлением он заметил, что мужичок успел поставить на себя с несколькими зрителями. Сумму, правда, он не расслышал, но судя по тем людям, с кем было заключено пари она была немалая.
    Игры на других столах прекратились. Все окружили стол, за которым играли Азарт и мужичок. В зале стояла тишина, как на вступительных экзаменах.
    Тонким касанием "тигра" мужичок еле задел пирамиду и поставил его на противоположный короткий борт. Азарту пришлось начинать партию от короткого борта через весь стол. Для игрока его класса это не было большим препятствием. После его удара от пирамиды отделилось два шара и остановились возле угловой лузы. "Тигр" послушно занял место в пяти сантиметрах от короткого борта. В принципе за стол можно было быть спокойным. Оба шара, которые отошли от пирамиды, просматривались. Но бить их было опасным. В случае неудачи разбивалась вся пирамида и предоставлялась противнику возможность для игры. Мужичок долго смотрел на шары, а потом обречённо махнул рукой:
    - Была не была! Кто не рискует, - тот не пьёт...
    Последнее слово он произнёс уже тогда, когда шар под номером четырнадцать с резким щелком исчез в лузе, как и добренькая улыбочка мужичка. Его лицо стало вдруг жёстким и безжалостным. Глаза сузились и хищно следили за "тигром".
    "Тигр", бешено вращаясь вокруг своей оси под правильным нижним боковиком, полностью раздолбил пирамиду
    ... шампанского! - выдохнул он.
    "А ведь верно говорят, - подумал Азарт, - фраер долго скрываться не может". В этот раз мужичок не проявлял восторга. Азарт понял, на кого он нарвался. И тот последний шар в предыдущей партии тоже был не случайным. Это был исполнитель! Жадный, хитрый, коварный исполнитель, натянувший на себя маску убогого. Окинув взглядом стол, который был похож на поле, где разбрелось стадо баранов, Азарт понял, что он обречён. На лбу и подмышками защекотало влагой. Те, кто ставил на Азарта, огорчённо махнули рукой, прощаясь с выигрышем. А кто ставил на мужичка, нервозно дёргались, предвкушая прибыль.
    С одного удара мужичок забил десятку, затем пятнадцатый. Азарт смешал шары на столе, давая понять, что партию он проиграл. Рассчитываясь с мужичком, он пристально смотрел в его глаза:
    - Дядя, ты случайно не записан в книгу Гиннеса? - поинтересовался Азарт
    - Что ты, сынок! Я пенсионер, - простодушно ответил тот.
    - Я имею в виду - под ширмой?
    - Ты мине с кем-то путаешь, - сверкнул глазами уже не мужичок, а хищник, - приходи ещё. Я здесь иногда бываю. Если жена посылает меня за продуктами, - добавил он с язвительным смехом.
    Деньги он спрятал в глубокий карман, а старенькую денежку разгладил и всунул между справок в свой задрипанный бумажник. Азарт молча смотрел на него, не имея даже права на обиду. Ему хотелось одного - узнать, сколько лет лежит эта денежка в бумажнике. Она могла бы рассказать очень многое. У него было ощущение, как у бродячей собаки, заманутой куском колбасы и затем избитой, взамен подачки. Ему было стыдно перед своими друзьями, которые с укоризной бросали на него взгляды. Проигранная сумма его не огорчала - к этому он, как игрок, всегда был готов. Да и проиграл он совсем немного, благодаря "примазке" болельщиков. Его огорчал сам факт крючка, на который он попался. Это была главная причина его переживаний. Поражением это нельзя назвать. Слишком громко было бы сказано. Тут вполне можно ограничиться жаргоном игрока - попал.
    Азарт, углублённый в свои мысли, наверное, что-то сказал вслух. Из глубокого пике его вывело прикосновение к голове чей-то тёплой, мягкой руки. Он поднял глаза и встретился с озабоченным взглядом Тани. Она стояла рядом с ним, а он даже не заметил, как она подошла.
    - Ильюша, что с тобой? Ты болен? Голова вроде не горячая, но ты какой-то весь бледный. Что-то случилось? Ты разговаривал.
    - Всё в порядке, Танечка. Уже прошло. Твоё прикосновение исцелило меня. Бывает, найдёт такое, что даже люди пугаются.
    - Ты и меня напугал. А людей сейчас никого нет. У тебя неприятности?
    - А у кого их нет? Неприятности - это такая штука, что если их даже нет, то можно легко придумать. То, что я сейчас себе надумал, совсем не стоит твоего внимания и переживаний. Я уверен, что скоро сам во всём разберусь. Тем более, что это касается только меня одного.
    - Ну хорошо! Успокоил. Налить тебе ещё рюмочку? У меня есть рижский бальзам.
    - Нет, спасибо. Я же не пью. А то выпью, да опять начну к тебе заигрывать, как тогда. Помнишь?
    - А, может, я на это и рассчитываю?
    - Неужели ты согласна изменить своим принципам?
    - Ну, нет, что ты. Я пошутила. Тебе бы жениться надо, - убежденно сказала она.
    - Надо бы, да всё никак никто не подхватит.
    - А что мешает самому подхватить? - кокетливо задала она вопрос.
    - Такие, как ты, все прихвачены, - в тон ей ответил, - а другую я не хочу.
    - Ну, уж и все. Ты не там ищешь.
    - Вот тут ты права. Там, где я бываю, такие не водятся.
    - Поменяй место.
    - Да, уж очень я там привык. Можно сказать, корни пустил.
    - Дурачок, - ласково сказала она, - ну, я пойду работать. Вон уже постукивают о прилавок. Пока. Заходи.
    - Спасибо, Танечка! Зайду обязательно.

* * *

    Азарт поднялся на улицу. Рюмка коньяку и сердечное сочувствие Тани прибавили ему сил и решительности, и он направился в сторону бильярдной. Дождь прекратился. Бурные потоки воды уже просочились сквозь канализационные решётки, оставив лужи на сером асфальте, в которых радостно купались голуби и воробьи, прекрасно уживаясь друг с другом.
    Вскоре он добрался до внушительного здания, в котором располагалась бильярдная. Это было одно из красивейших зданий в городе, построенных ещё до революции 1917 года талантливым архитектором Городецким. В гардеробе за прилавком, уютно устроившись за маленьким столиком, сидели гардеробщица тётя Поля и Артур. Они пили чай и мирно беседовали, поглядывая на входную дверь. Артур уволился (а может быть, уволили) из своей "связи" и теперь работал заведующим хозяйством клуба. Увидев Азарта, он радостно протянул ему руку и засыпал вопросами:
    - Что случилось? Где ты пропадал? Я тебя вызваниваю уже третий день. Ты, наверное, уезжал по работе? А может, гастроли?
    - Ни то, ни другое и ни третье. Просто наполз обвал на душу. Сидел в своей берлоге и зализывал раны.
    Отставной майор понимающе посочувствовал.
    - Я так понимаю, пришёл только посмотреть, проведать. С игрой покончено и, вообще, продаю кий?
    - И только. Без вариантов.
    - Ты не думаешь, что это твоё решение немного поспешное? Поле боя так бесследно никто не оставляет.
    - Вот я и буду первым.
    - Ну, ну! Я тебя понимаю, - серьёзно сказал Артур.
    Затем положил ему дружески руку на плечо и предложил:
    - Слушай, Ильяс. В зале всё равно никого нет. Не зайти ли нам в мою норку и пошептаться?
    - Если ты предложишь мне стакан твоего фирменного чаю, то с удовольствием.
    - Даже сухого шампанского, по пятьдесят грамм - не больше.
    Хотя Артур последние несколько лет пристрастился к выпивке, но сохранил ещё свою, видимо, врождённую элегантность и в одежде, и в общении. Даже несмотря на количество выпитого. Но класс игры, которым Азарт всегда любовался и восхищался, к сожалению, был потерян. Он был уже одним из тех, кто сошёл с дистанции игрока и только в душе оставил любовь к бильярду. Это не помешало ему немножко прикармливаться, ставя на игроков. Чаще всего на Азарта. И не только потому, что Азарт играл хорошо. Иногда он огорчал Артура, оставляя его не только без денег, а даже с долгами. Артур, просто, любил Азарта ещё с тех его далёких детских лет.
    Ильяс последовал за Артуром в его маленький кабинет, расположенный на том же этаже в углу здания. Артур засунул руку в глубину шкафа и вытащил оттуда початую бутылку "Столичной" и немудреную закуску.
    - Не буду брать грех на душу и предлагать тебе. А сам выпью. Что-то я немного простыл. Сегодня погода, что называется "умри, но выпей".
    - Артур, - осуждающе посмотрел на него Ильяс, - я ещё ни разу не слышал, чтобы ты пил без причины.
    - Вот тут ты правильно подметил. Кто пьёт без причины - тот уже алкаш. А я всегда имею причины. Они у меня, как деньги в банке, лежат в голове на полке. Вот захотел выпить - беру с полки причину и выпиваю. Но заметь, я никогда не пытался все причины использовать сразу. Расходовать их экономно - это тоже надо уметь.
    Артур налил себе половину стаканчика, выпил. Как положено - аккуратно и старательно понюхал корочку черного хлеба. Затем выждал паузу, прикрыв глаза. Азарт понимал его и не мешал волшебному процессу акклиматизации. Когда водочка, где-то там внутри Артура, нашла себе удобное местечко, он открыл глаза:
    - Всё. Устроилась, нашла себе приют.
    Затем он закусил бутербродиком с копчёной колбаской и поёрзал задом в старом кресле, устраиваясь поудобнее.
    - Артур, ты так аппетитно пьёшь, что мне тоже захотелось. Вы вдвоем с маркёром дядей Пашей могли бы организовать факультет по дегустации алкоголя. Вам бы цены не было. И конкурс был бы больше, чем в Институт Народного хозяйства. Наладили бы выпуск классных специалистов.
    - Ильюша, ты же знаешь, что я раньше вообще не пил. Так, время от времени выпивал. Нам всегда спецы твердили, что от выпивки теряется координация движений, притупляются чувства, глазомер. Мы обходили выпивку десятой дорогой. Потом, когда-то в компании пришлось выпить, и ты знаешь, наоборот - всё улучшилось. И на утро чувствовал себя прекрасно. Вот, думаю, фаршировали нас ещё одним враньём. После этого я уже не обходил застолья десятой дорогой. Да и модные они были тогда. Сам Генеральный питал к ним слабость. Вот и споили народ. А теперь - попробуй, брось, если тебе известны все прелести, особенно начального периода, опьянения. Взять так просто и лишить себя этого удовольствия? А что же останется?
    - Вообще-то ты где-то прав. Я просто делаю слабую попытку уговорить тебя, чтобы ты много не пил, - слабо возразил Ильяс.
    - Ты знаешь, бывает так: пить совсем не хочется, а обстановка такая, что вынужден. Вот она войдёт в тебя, ищет, ищет себе место и не находит. Затем ложится камнем в желудке и не подаёт никаких призывов к удовольствию. После этого я хоть литр выпью, а кайфа никакого. Только тяжесть в желудке, а наутро посторонние шорохи в голове. Я уверен, что это просто перевод продукта. А вот так, как сейчас, - это благо!
    - Ну, ты действительно теоретик алкогольного потребления!
    Азарт вытащил сигареты из кармана и протянул их Артуру.
    - Спасибо, я привык к своему "Беломоркэмэлу".
    Артур прикурил папиросу от красивой, позолоченной зажигалки, когда-то подаренной ему в день рождения Ильясом, и выдохнул сизый клубок дыма:
    - После того, как я так удобно устроился, мне хотелось бы выслушать твою душещипательную историю, из-за которой ты уже два дня тут не появляешься. Телефон, кстати, тоже не отвечал. Я звонил по несколько раз в день. Хотел уже обратиться к однокашникам в розыск.
    - Да так, ничего. Просто хандра. Книги, телевизор.
    - Не пытайся сделать из меня старую учительницу. Я к этой роли не подхожу. У меня, просто, не хватит терпения выпытывать у тебя и вытягивать по чайной ложке причину твоих переживаний и страданий.
    Ильясу совсем не хотелось загружать друга своми неприятностями, и он сидел молча, опустив голову.
    - Так не пойдёт. Или ты честно рассказываешь мне всё, или займись делом и не наводи на людей тоску всем своим постным видом. А я останусь убеждённым, что ты мне не доверяешь. И после этого на нашей дружбе можешь поставить крест.
    После такого категорического требования, Ильясу ничего не оставалось, как подробно рассказать Артуру о своём душевном стрессе после той игры. Артур слушал его, не перебивая. Лишь изредка покачивал головой или вопросительно поднимал на него глаза. С каждой высказанной фразой Азарт ощущал какое-то облегчение. Это было что-то похожее на исповедь. Как важно иметь рядом с собой такого друга, который может тебя терпеливо выслушать, не перебивая. Друга, который старше тебя, опытней тебя. Друга, присутствие которого уже вселяет в тебя чувство защищённости и надёжности. Друга, сила которого как бы передается тебе, и ты ощущаешь, как этой силой наполняется душа и появляется чувство уверенности.
    - Так вот, что я тебе скажу, Ильюша. Ты - совсем ещё молодой человек. Хотя игрок уже со стажем. У тебя хороший глаз и хороший удар. И всё это дополняет умеренная горячность. Это является достаточным условием для игрока. Но возьми - продолжал Артур, - твоё последнее выступление. Ты полностью оправдал своё прозвище - Азарт...
    - Да нет же, Артур, - слабо возразил Ильяс.
    - Не перебивай. Ветерок подул и партию продул, - не обращая внимания на его возражения, продолжал Артур, - ты увлекся своими выигрышами так, что твой кураж стал заметным. Кураж нужен на арене, на сцене. А в бильярде лучше всего быть "тёмной лошадкой". Салонные львы - это дармовые партнёры и встречаются очень редко. А вдобавок, после первого же попадания с них слетает салонная пыль, и они превращаются в покорных дворняжек.
    Артур открыл бутылку. Азарт придвинул и свой стаканчик.
    - Давай и мне. Сегодня всё равно играть не буду.
    - Выпей, - согласился Артур, - сегодня это тебе не повредит.
    Азарт посмотрел, как Артур аппетитно повторил процесс и тоже опрокинул стаканчик вовнутрь.
    - Ильюша, я тебя понимаю. В данном случае тебя погубил не твой азарт.
    - Артур, конечно же, нет! - горячо поддержал Ильяс, радуясь, что друг его понял. - У него и денег то было - одна несчастная измятая купюра.
    - А вот тут ты грубо ошибся! Игрок такого класса не приходит в зал, а тем более не вступает в игру с одной денежкой. Эта денежка у него, как затравка, приманка для жалостливых. Да и гардеробчик его, с которым он уже сжился, тоже камуфляж.
    - Он мне напоминал нашего школьного завхоза. Тот всем своим видом тоже всегда вызывал к себе жалость, но злющий был, как собака.
    - Так вот, Ильяс. Ты же знаешь наши порядки. Если играют два партнёра, мы не можем давать какие-то сведения о них кому бы то ни было. Это противоречит этике игрока, - Артур опять брызнул себе в стаканчик, выпил и поморщился:
    - Вот, пожалуйста, уже идёт не так, как раньше. Делаем паузу, - проворчал он. Затем прикурил новую папиросу и неожиданно для Азарта рассмеялся.
    - Тот мужичок, твой недавний партнёр - играет на такие суммы, что ставка переходит из рук в руки не номиналом, а записями. А в конце игры деньги не помещаются в карманах. Весь его камуфляж - это тонкий расчёт. Он даже лапти бы одел, да в таком одеянии я его сюда не пущу. И его везение - это туфта. А удар в последней партии - касанием по всей пирамиде с карамболем? Это тоже везение? Нет! Это верняк! А в предыдущей партии, когда он забил исполнительский шар последний в игре? Да это же на уровне игрока экстра-класса! Такой удар "эффе" может выполнить только Игрок.
    Ильяс слушал Артура, не перебивая.
    - Ты на меня не обижайся, но я ставил против тебя. Я хорошо знаю твой кураж. Вот только беда, я пришёл в бильярдную, когда ты уже играл. Предупреждать тебя уже было поздно, и я решил извлечь из твоего попадания пользу. Должен тебе сказать, что она получилась внушительная.
    - Артур, я должен его прихватить, во что бы ни стало.
    - О! Вот это я понимаю. А то "брошу играть, продам кий"! Разрыдался, как гимназистка у офицера на груди. Игра, Азартик, это болезнь. Но болезнь особая. Она превращается в муки у тех, кому это не дано. А вокруг тебя всё светится.
    - Да ладно, Артур. Ты уже из меня делаешь святого, - запротестовал Азарт.
    - Отнюдь, там, где замешаны деньги, святых не бывает. Ты ещё не игрок, но уже просматриваешься над многими. Твоя болезнь ведёт тебя к залётам и выигрышам. И верю, что чаще к выигрышам. Я давно уже наблюдаю за твоей игрой.
    - Помню, - мели кий до удара, - усмехнулся Азарт.
    - ... но учти, - продолжал Артур, - хорошо играть, это ещё не всё. Надо быть хорошим психологом. Все хорошие игроки являются хорошими психологами. Ты должен уметь заглянуть партнёру вовнутрь. В эту игру играют многие, но лучше всего играет только один. Я тебе начал говорить о "темной лошадке" и ты меня перебил.
    - Извини, пожалуйста.
    - Так вот, - Артур отпил глоток и закурил. Затем направился к столику в угол. - Сейчас заварю чаёк.
    - Так вот! - продолжил он, - Ты должен играть, как "тёмная лошадка", уверенно, никаких пушечных и прицельных "клапштосов". Категорически запрещено закладывать три шара подряд в лузу. Проигрыш первой партии является почти всегда обязательным, второй на усмотрение. Но своим проигрышем надо дать партнёру прочувствовать его перевес над тобой. Он должен ощутить выигрыш. Дай ему пощупать твои деньги. Третья партия необходима. Это контра. Тут уже ставка увеличивается вдвое. Но выиграть её ты должен с минимальным преимуществом. Тянуть до последнего шара. И даже помоги партнёру своими ошибками; как-то: вывод "тигра" на удар по шару, но не крупного и не двойного шара. Или сделай удар с выбросом "тигра" за борт и дай партнёру заработать пять штрафных очков и т.д. Думаю, что у тебя такие заморочки в запасе есть. Короче, ты должен дать понять партнёру, что способен на ошибки и он потом будет от тебя их ожидать. При "ошибках" не очень заламывай руки, иначе при неудачной мине твоя левая игра мгновенно засветится. "Ошибки" должны выглядеть естественными и не вызывать подозрения. Ну, и решающая игра - это уже твоя лебединая песня. Если хочешь сорвать банк - надо попотеть. Не забывай - с деньгами тот, кто лучше всех играет.
    Артур в возбуждении, пытаясь закурить свой "Беломоркэмэл", раздавил его в пальцах и вытащил из пачки новую папиросу.
    Ильяс сконфуженно поднял глаза и растерянно произнёс:
    - Он был таким жалким. У него, по-моему, не было денег даже на хорошее мыло. Не зря же от него попахивало какой-то ванидлой.
    - От ассенизатора тоже попахивает, когда он работает. А могилы копать и делать памятники так вообще не каждый пойдёт. Или возьми, например, мясника. Ещё лет десять-пятнадцать назад это было позорной профессией. А сейчас - пойди устройся!
    - Да, я бы и сейчас не пошёл. Всё-таки престиж профессии для меня что-то да значит.
    - Это мы уже слыхали. Когда-то в 60-е годы физики с лириками собирались по квартирам, всю ночь напролёт глушили красную "портянку" и спорили до хрипоты, кто из них значительнее. А так ни к чему и не пришли. А почему!
    - Наверное, значимость их была равнозначной.
    - Да потому, что спор был беспредметным. От безделья и брожения умов. Вдобавок, на голодный желудок, раздражённый дешёвым портвейном. А представь себе: сошлись бы в споре мясники, официанты, могильщики и т.д. Я уже не хочу вмешивать в эту компанию таких, как кладовщики, директора магазинов и завбазами - торговую элиту. Да, они бы эту тему даже не подняли. А своей значимостью в обществе они переполнены, как бочка водой под водостоком. Ведь все они не имели доступа к государственной кормушке, а желание жрать и пить вкусно было - хоть отбавляй. Мы сами же их и породили, хотя и презирали.
    - Артур, ну что ты мне такие примеры тычешь под нос? У меня таких знакомых полно. Но я считаю наоборот: я их подкармливаю. За всё приходится переплачивать.
    - Ну, когда можно что-то купить с переплатой - это ещё не трагедия. Гораздо хуже, когда просто купить нечего.
    - Артур, да мы с тобой перешли на политику. А это уже изжевано и неинтересно.
    - Ты прав.
    Артур снял с чайника подушечку. Затем налил чай в чашку и вылил его обратно в чайник, добавив при этом:
    - Чтоб чаёк был крепче, его надо "женить".
    - Я всегда с удовольствием пью твой чай. Ты его завариваешь удивительно вкусным.
    - А теперь по чашкам. Полные наливать не надо. Он не должен остывать, - Артур придвинул к Ильясу сахарницу с мелко наколотыми кусочками сахара. - Пей! Помню на службе - все моряки заядлые чаёвщики. Редко какой вечер обходился без круто заваренного чая.
    - Ага, зэки пьют ещё круче. На кружку воды чуть-ли не пачку чая.
    - Это уже не чай, а снадобье. Хорошо заваренный чай много заварки не требует, а получается такой, что его за вечер семья в четыре человека выпивает ведёрный самовар.
    - Это я слышал - с полотенцами на шеях.
    - Особенно чай хорош при первых признаках простуды.
    - Вот видишь, - вставил Ильяс, - можно обойтись и без водки.
    - Обходиться можно много без чего, да вот - стоит ли? Я понимаю так, что если душа просит, то зачем держать её в чёрном теле? Помню, на учёбе, нас забросили в тайгу на две недели, для выживания в естественных условиях. Скитались мы по буреломам, питаясь чем попало. На десятые сутки случайно наткнулись на селение староверов. Приняли они нас нормально. Накормили, правда, из нашей посуды. Свою они не дают. Напоили каким-то отваром. Утром встали мы свежие, как огурчики. Попросили у них чайку попить. А они нам снова этот отвар предлагают. Ну, подумали мы, откуда у них чай? До ближайшего магазина не менее сто-стопятьдесят километров. А как оказалось позже, они чай совсем не пьют.
    - Наверное, чай у них, как валюта, только по большим праздникам?
    - Да нет. По ихней вере, когда распяли Христа, то всё замерло и только один чай расцвёл. Вот они его и не пьют.
    - Вера есть вера. Каждый должен нести свой крест, как бы он не был тяжёл, - щегольнул Азарт где-то прочитанной фразой.
    Артур удивлённо посмотрел на него:
    - Старичок, если ты уже знаешь примеры из теологии, то примени этот пример к себе. Ты сейчас тоже имеешь свой крест, вот и неси его достойно.
    -Если б я ещё знал, как?
    - Вот ты решил заканчивать с игрой? Ну, дело твоё. Не скрою, я часто прикармливался от твоей игры, на ставках. Но поверь, что дело было не в деньгах. Деньги - это мусор. Я просто верил в тебя всегда. Даже когда ты куражился и давал партнёру немыслимую фору, я всё равно верил в твой выигрыш. А всё потому, что твою игру я вёл сам мысленно. То, что мне Бог дал в бильярде, я пропил, но знание и понимание игры у меня, наоборот, осталось. Как-то раз я прочитал в газете письмо под рубрикой "Спрашивают - отвечаем". Одна дама, насмотрелась по телевизору фигурное катание и решила, что она уже знает все его тонкости. Спрашивает: могла бы я быть судьёй по фигурному катанию? Я ставлю фигуристам точно такие же оценки, как и судьи. Ответ она получила, на мой взгляд, очень остроумный: "Да, смогли бы. Но если бы Вы родились заново и начали заниматься фигурным катанием с 4-х лет, то по достижению вашего нынешнего возраста Вы смогли бы даже возглавлять судейскую коллегию мирового чемпионата". Так и у меня. Я уже не смогу играть так, как ты. Но в отличие от этой радиодуры, я почти всю свою жизнь за столом. Если измерить расстояние, исхоженное мною вокруг стола, то это кругосветное путешествие. - Артур налил водку и сам выпил. - Я лучше тебя знаю, какой шар ты будешь бить, куда поставишь "тигра". Иногда мне кажется, когда я наблюдаю за твоей игрой, что ты играешь моей головой, моими мыслями и ты полностью подвластен моей тактике, моей воле. Просто, потом ты применяешь свои снайперские удары, свою постоянную кладку и партия наша. Я говорю "наша" так как тайно принимаю в ней участие, даже больше чем ты.
    - В твоих словах есть что-то. Всегда, когда играю и ты находишься рядом, я постоянно это ощущаю. Это мне придаёт какую-то уверенность в себе.
    - Азартик! Ты должен побороть в себе чувство поражения. Ты "попал"? Да, ты "попал", но не проиграл. Честно говоря, мужичок играет не хуже тебя. Но ты же дал ему три "креста" форы! Он играет ради денег - ты же, кроме денег, погружён в страстную любовь к бильярду. И я хочу верить, что твоё решение - больше не играю - как обыкновенное депрессивное состояние, которое благодаря твоему возрасту и характеру скоро пройдет. Поверь мне, ты только набираешь силу для восхождения на высшую ступень пьедестала. Год-полтора упорной работы и моя вера в тебя полностью подтвердится. Помни, что на твоём пути будет ещё много встреч с подобными мужичками. Они умеют ещё и не так маскироваться. Но ты должен их видеть, чувствовать их камуфляж своей задницей, и ни в коем случае не показывать им этого. Они должны быть уверены, что их роль не раскрыта, и тогда бери их со всей их оболочкой, из потайных недр которой посыпятся на тебя деньги. Выигранные деньги вдвое слаще заработанных, потому что легко их тратить. Но чтобы выиграть их, нужны порох и мозги. И поверь мне, что пороха у тебя в избытке, а мозгов маловато.
    Азарт протестующе поднял руку.
    - Успокойся, - сказал Артур. - У меня и в мыслях нет тебя обижать. Ты очень доверчивый. А это качество свойственно только женщине, которая потеряла все шансы выйти замуж.
    - И последнее, - добавил Артур. - Если замешаны деньги - добрым быть не получится. Добрых бьют первыми и забирают куш.
    Выслушав монологи слегка пьяненького Артура, Ильяс многое узнал для себя полезного. Как ни странно, но проникновенные речи Артура подействовали на него положительно. Его проигрыш уже не казался ему таким чудовищным.
    - Артур, тебе бы психологом быть.
    - За свою службу "связиста" я прошёл через многих психологов. И поверь мне, некоторые из них могли многое сделать из человека. Правда, были и такие, которые только отрабатывали свой хлеб, но они надолго у нас не задерживались.
    - И куда же они девались?
    - В лучшем случае продолжали свою серую деятельность в поликлиниках.
    - А в худшем?
    - Худших случаев, просто, никто не знает. Ну, достаточно развивать эту тему. Кстати, тобой интересовалась одна особа. Азарт почувствовал, как у него бешено заколотилось сердце.
    - Кто? - делая невероятное усилие внешне оставаться спокойным, спросил Азарт.
    - Юлька. Она обещала как-то заехать ко мне, проездом из Москвы.
    - Москвы? При чём тут Москва? - глупо спросил Азарт, так как его мысли бежали совсем в другом направлении.
    - У неё там, что-то типа гастролей.
    Азарт готов был расцеловать Артура. Сколько раз он ожидал от него этого разговора. Каждый раз при встрече с ним он надеялся что-то узнать о Юле. Но не решался спрашивать - и вот теперь Артур сам вышел на этот разговор.
    - Да, расслабься ты. Я же знаю, что ты её любишь до сих пор. Первое время я думал, что это детское увлечение у тебя уже выветрилось из головы. А теперь вижу, что ошибался. И как я, старый дурак, не догадался. Она тоже хорошая штучка; всё время спрашивает о тебе, да так, как бы между прочим. А у самой глазищи горят, как у кошки в темную ночь. Ну, ничего! Теперь я уверен, что вы просто должны встретиться и выяснить ваши отношения.
    - Артур, - смущаясь, тихо сказал Азарт - да у нас и не было ничего такого. Просто детская дружба.
    - Значит будут. Иначе, почему тебя так колотят воспоминания о детской дружбе?
    - Хорошо. Я тебе скажу то, чего я никому не говорил. Я её люблю. Но она этого не знает. У нас никогда об этом не было разговора. Да, собственно, и виделись мы с ней всего три раза.
    - Думаю, что мне в ваших отношениях уготована роль свахи.
    Артур положил руку на плечо Азарта:
    - Пойдём, Азартик. Уже поздно. Мне пора закрывать. Главное, что вы любите друг друга и испытали свою любовь временем. Даст Бог, встретитесь. Да и иначе быть не может! - уверенно сказал он, - Ну давай ещё по последней, "на коня" и за вашу будущую долгожданную встречу.
    Посидев ещё часок, они вышли из парадного на улицу. Ночь уже окутала спящий город и только тусклые фонари жёлтым светом освещали сквозь иглы дождя небольшие участки асфальта. Редкие в этот поздний час автомобили помогали им своими фарами.
    Увлечённые беседой на общую тему они направлялись вдоль улицы, не замечая дождя. На перекрёстке под светофором Артур простился с Азартом:
    - Азартик, я человек дисциплинированный и приучен к порядку. Здесь я перейду на другую сторону. Там остановка моего трамвая.
    - Спасибо тебе, Артур, за сегодняшний вечер. Ты снял с моей души напряжение лучше всякого психолога.
    - Благодарить будешь тогда, когда будет результат.

* * *

    Мелкий, холодный дождь, начавшийся с вечера, поливал дома, деревья, асфальт, заполняя его неровности водой. Рваные, низкие облака, подчиняясь распоясавшемуся ветру, быстро неслись, наталкиваясь друг на друга. Своими резкими, упругими порывами он раскачивал сонные фонари, срывал пожелтевшие листья с деревьев и, как злопамятный разбойник, мстил за те несколько последних, погожих, солнечных дней уходящего лета. Оборванный с одной стороны рекламный щит глухо хлопал по стене дома, пытаясь разбудить уснувших жильцов, чтобы они оказали ему помощь. Но кто в такую погоду выйдет из тёплой квартиры, где уютно светится телевизор и не чувствуются злобные порывы ветра-разбойника? Уличные фонари уже давно в целях экономии освещали город символически, как церковная лампада. Деревья под порывами ветра возмущённо роптали своей листвой и, пытаясь откупиться от его яростных порывов, платили ему дань падающими листьями. Сухие ветки, звонко отламываясь, сыпались барабанной дробью на асфальт и на крыши припаркованых на обочине автомобилей. Изредка из рваных облаков выскакивала удивлённая рожа луны. Скупо бросала своё бледное отражение, как напоминание о себе, и снова исчезала за облаками.
    В такую погоду засидевшиеся гости обычно вызывают такси или остаются ночевать у гостеприимных друзей, где их застала ночь. Решительные и отчаянные, легкомысленно надеясь на свою силу, пренебрегают услугами такси и гостеприимства.. Они даже не предполагают, что кому-то взбредёт в голову напасть на них. Такая глупая переоценка своих сил и возможностей очень помогала им находить неприятности на свою голову. Безденежные рассуждали: "Ну что у меня возьмёшь? Мелочь в кармане?" Рассуждая так, они забывали о том, что кроме денег человек имеет главное: свою личность, своё я, которые можно легко и почти безнаказанно растоптать, унизить, обидеть. Да мало ли что придёт в голову насильнику с куриными мозгами? А если они, вдобавок, разбавлены крепким соусом алкоголя или одурманены наркотиком, то каждый одинокий прохожий в такую годину для них является потенциальной жертвой. Воспитанные в страхе и жестокости, они хорошо знают, как эти качества лишают человека воли над собой, делая их покорными и безропотными.
    Тёмная пасть подворотни, скрытая за газетным киоском, открылась как-то внезапно. Ещё не доходя до киоска два-три метра, Азарт кожей ощутил опасность, исходящую из её мрачного чрева. Волосы на затылке зашевелились, кожа покрылась гусиной сыпью. Ноги в коленях стали ватными. Парализующая волна враждебности, неизвестно откуда появившаяся, молнией прошла сквозь него, оставив в теле чёрный след. Так бывает всегда, когда появляется внезапное чувство страха и человек ещё не осознаёт, откуда исходит опасность. Страх и трепет входит в его кровь и мгновенно разносит панику по всему телу. Хочется сесть прямо на мокрый асфальт.
    Это жуткое состояние, хоть однажды, испытал каждый человек. Свой родной, так горячо любимый организм, с которым он сжился за столько лет, организм, выдерживающий постоянные отравления табаком, пищей, алкоголем, тяжелой работой, нервными срывами и несмотря ни на какие издевательства над ним служит всегда исправно. К этому как-то привыкаешь. И на дежурный вопрос знакомых: "Как здоровье?" всегда недоуменно пожимаешь плечами. А почему, собственно, у него не должно быть здоровье хорошим. И вот сейчас - эта, казалось бы, надёжная машина перестала тебе служить и подчиняться. Какой-то паралич! Пелена страха окутывает человека, липкой паутиной сковывает его движения.
    Из оцепенения Азарта вывела лужа на асфальте, которую он не заметил и влез обеими ногами. Ощущение холодной воды вернуло ему самообладание. Страха уже не было. Он исчез так же быстро, как и появился. Но какой вечностью были эти секунды! До его слуха донёсся городской звук скрежещущих на повороте колёс трамвая. Ветер, как бы приводя его в чувство, сыпанул брызгами в лицо. Азарт внутренне уже был готов ко встрече с опасностью. Он уже был собран и спокоен.

* * *

    За многие годы, проведенные в бильярдной ему приходилось сталкиваться с разными людьми и в разных ситуациях. Партнёры-караси не всегда после проигрыша бывают покорными овечками. С проигрышем, особенно крупным, не каждый торопится расстаться. Приходилось периодически прикармливать возле себя быков. Они обходились недёшево, зато он мог спокойно играть. А при игре спокойствие в тылу очень необходимо. Всякого рода оружие Азарт, как правило, не признавал. Да и как-то трудно представить себе игрока в бильярд - человека элегантного, с манерами салонного льва - и, вдруг с ножом или пистолетом. Правда, в последнее время бильярдные залы почему-то снискали о себе дурную славу. Впрочем, чего греха таить? Всякое там бывало и всякие там бывают. Даже в закрытые для случайных посетителей клубы просачиваются всякие вонючки, которые своими хамскими ухватками и поведением наносят трудно смываемый слой грязи на эту благородную, элитную игру.
    Когда-то принято было на бильярде играть во фраке. В те далёкие времена в перерыве, а то и во время игры можно было ублажать себя пивком или запотевшей от холода рюмочкой анисовой, закусить изящным бутербродиком. Усталый игрок требует поддержки и восстановления физических сил. Слишком много он их теряет. К концу дня бильярдные шары мелькают в глазах. Нервишки тоже требуют выжимки. Необходима разрядка. Теперь такие порядки в бильярдных остались лишь в памяти старых игроков, которым уже тяжело играть и они только наблюдают и делают ставки в игре.
    Нынешние бильярдные стали проходными дворами. Игроки время от времени подкрепляют свои организмы и нервы напротив в молочном кафе, украдкой, в уголочке. Нет в бильярдных и уютного покоя, где тишину нарушает лишь щелканье шаров. Естественно, вследствие дурной славы сюда заглядывает милицейский патруль. При наличии какого либо оружия можно было напороться на крупные неприятности. Маленький перочинный ножик, которым он пользовался для зачистки мела, не в счёт. Азарт прекрасно знал, что каждое оружие рано или поздно спровоцирует человека применить его в деле. Было бы оружие, а причина применить его всегда найдётся. Поэтому, когда ему предложили купить газовый пистолет, он отказался. Хотя игрушка выглядела очень изящно и заманчиво. Да и стоила совсем не дорого. Но всё-таки Азарт подавил этот соблазн.
    Как-то год назад играл он с одним заезжим гастролёром. Наверное, у себя дома где-то в районном клубе, он демонстрировал чудеса кладки. Воодушевленный успехом, паренёк решил замахнуться на романтические гастроли. По слухам, даже успел кое-кого прихватить. Удар и кладка у него действительно были поставлены неплохо. Но дорогу от хорошего удара до умной, элегантной игры многие проходят всю свою жизнь. Некоторые достигают, а остальные безнадёжно отстают на коварных ухабах этого безжалостного пути. Так и остаются средними игроками. Проиграв Азарту всю свою наличность, гастролёр предложил в залог какую-то неказистую на вид цепочку. Как правило, Азарт на заклад не играл. Разве что уж очень ему понравится какая-то безделушка или клиент давит чрезмерно, как пресс. Пытаясь открутиться от ненавязчивого предложения партнёра, Азарт повертел цепочку в руках и задумчиво произнёс:
    - Если вы сумели так тщательно замаскировать золото или платину под железо, то я перед Вами снимаю шляпу. Засветите, пожалуйста, мне пробу этого драгоценного металла и я должным образом оценю ваше изделие. Заранее предупреждаю - на большую сумму не рассчитывайте. Я не пункт приёма сомнительного по своим качествам товара и понятия не имею о расценках.
    - Здесь нет никакой пробы. Да и быть не может. Это изделие кустарное, - сконфужено произнёс гастролёр.
    Азарт удивленно посмотрел на него:
    - Неужели я Вам своим видом напоминаю утильщика?
    Приезжий успокаивающе поднял руки:
    - Уважаемый, старая, как мир, пословица подходит здесь, как нигде: "Не всё то золото, что блестит".
    Азарт ещё раз внимательно рассмотрел цепочку и снисходительно произнёс:
    - Впрочем, я мог бы подарить её одной знакомой даме. У неё как раз для этой штуки есть подходящий карликовый пудель. Но изделие потребует демаскировки, так сказать снятия чёрной шкурки с благородного тела. Между прочим, на это потребуются дополнительные затраты. Как вы на это смотрите? - произнёс Азарт, стараясь вложить в свои слова максимум спокойствия и интеллигентности.
    - Конечно, если Вы хотите эту, как Вы сказали, благородную вещь применить к пуделю, то я могу только сожалеть, что Ваша дама не имеет породистого ньюфауленда илибыка - так же спокойно ответил приезжий.
    - Что Вы попытались вложить в вашу фразу? - начал заводиться Азарт, сверкнув глазами.
    Проезжий ничего не ответил, только обвёл взглядом зал и, видимо, не найдя того, что искал, предложил зайти к маркеру.

* * *

    Маркёр Павел Александрович, которого по давней привычке за его огромных размеров живот все называли уважительно дядя Пава, был когда-то классным игроком на бильярде. Но он обладал одним прекрасным качеством - отзывчивостью, - всегда охотно отзывался на приглашение к выпивке. За многие годы "отзывчивости" он приобрёл в этом колоссальный опыт. Даже в дешёвом "Портвейне" умел обнаружить своеобразный букет и выпивал его слаще "Мадеры". Как-то он хвастался, что его даже приглашали работать на должность дегустатора. В это никто не поверил, но дружно предложили ему другую, не менее важную должность - рекламировать денатурат. Правда, дядя Пава гордо отказался.
    Привычная "отзывчивость" за много лет чрезмерно разбавила его организм спиртным, в результате чего тот начал ревниво бойкотировать его игру. Затем она взяла дядю Паву за белые руки и усадила в маркерную, как памятник. Здесь "отзывчивости" было очень удобно заниматься своим прямым делом, тем более что дядя Пава великодушно на это соглашался. Но не упомянуть ещё одно важнейшее качество дяди Павы было бы крайне несправедливо. По всеобщему признанию он был незаменимым третейским судьёй в решении возникающих иногда споров во время игры между игроками. Его решение было всегда объективным и не подлежало никаким сомнениям. За это он пользовался у всех без исключения игроков большим авторитетом. Дядя Пава восседал на своём кресле и закрыв глаза вкушал пиво под экзотическим названием "Таёжное".
    Азарт абсолютно не понимал, какая может быть связь между законным судейством дяди Павы и клиента. Вопрос-то не был спорным. Хочу возьму цепь - не хочу, не возьму. Игра ведь не на цепь, а на деньги. Нет денег - не играй.
    Они зашли к маркёру. Приезжий поздоровался и вежливо осведомился о самочувствии дяди Павы, как племянник, болезненно переживающий за здоровье своего богатого дяди, который сегодня за обедом съел слишком много острого. Дядя Пава медленно поднял свои виевские веки, вышел из углубленного транса воздействия "Таёжного" на внутренности, и не менее вежливо поблагодарил приезжего за чуткое внимание к его величественной персоне. После его пробуждения Азарту и гастролёру пришлось терпеливо выслушать длинную тираду о положительном воздействии пива, привезенного ему в подарок из какого-то сибирского городка под названием Тайга, с непритязательным названием "Таёжное". По-видимому, местные пивовары затратили слишком много энергии на создание рецептуры пива, и на более оригинальное название уже не хватило фантазии. Недолго думая, они решили названием пива увековечить и возвеличить свой городок. Качество пива действительно было великолепным. Вода из чистых, горных источников. Само пиво, настоянное на таёжных, медоносных травах альпийских лугов, уже только своим ароматом кружило голову. А вкус его! Стоило сделать хотя бы один глоток и оно, обласкивая нёбо, устремлялось по всему пищеводу, разнося во все его удалённые уголки живительную бодрость и свежесть раннего, морозного утра. Неудивительно, что стоит только человеческому организму попробовать такой бальзам и он требует ещё и ещё. Он начинает проявлять какую-то неутолимую жажду. Дядя Пава не привык отказывать ему ни в чём, как любимому дитяти. Поэтому через некоторое время веки его, отяжелевшие как у Вия, опускались, закрывая обзор. Кое-кто называл это алкоголизмом. Но дядя Пава считал, что суть не в названии, а в ощущении. И если такое ощущение приятно его дитяте, то пусть оно тешится.
    Приезжий кинул взгляд на опустевшую бутылку, стоящую на столе и радостно сказал, показывая пальцем